Падение терратоса

Что ж, за встречу! – Кинт поднял кружку.

Ужин затянулся. В ресторане, кроме двух переодетых жандармов, играющих за столиком у двери в кости и собственно Ллодэ, Маара, Кинта и Дукэ, больше никого не было. На Конинг опустилась северная, холодная ночь и поднялась метель, наметая новые сугробы в и так укрытом толстым снежным одеялом городке.

– А что с твоей задумкой по поводу барж и организации перевозки грузов морем? – поинтересовался Кинт у Дукэ.

– Пока никак… Позапрошлую зиму на промысел не ходил, не было напарника, в прошлую не так удачно поохотился и взял мало шкур, а в эту зиму не пошел, надо было ремонт делать в заведении.

– А меня возьмешь в долю? – Кинт посмотрел на Дукэ, – много не хватает для начала?

– Кинт, ты пьян, – рассмеялся Дукэ, – сейчас еще начнешь уговаривать нас ограбить почтовый вагон.

– Не понял?

– Знаешь, сынок, – начал Ллодэ, – мне Бар присылал пару писем… Ну я вот с Дукэ поделился тем, что в них написано.

– Да, не очень я с ним хорошо расстался, – вздохнул Кинт, – он меня не понял, я погорячился.

– Да нет… я не считаю, что ты погорячился, – ответил Ллодэ, – подонки не должны осквернять Эрту своим присутствием на ней…

– Их слишком много, Ллодэ, – Кинт сдал набивать трубку, – а человеческая жизнь ничего не стоит, особенно если ты не аристократического происхождения.

– Так что, значит, грабим почтовый вагон, – шепотом, пригнувшись к столу и как-то нехорошо улыбаясь, спросил Маар.

– Точно! И племянников Дукэ обязательно в банду возьмем, – улыбнулся Кинт, отложил трубку и поднялся из-за стола, – подождите, я сейчас…

Вернувшись за стол через несколько минут, Кинт бросил на колени Дукэ два увесистых кожаных кошеля, сел и раскурил трубку.

– В одном кошельке триста монет золотом, в другом самородное золото, его можно сдать в ратушу и за четверть комиссионных обратить в монеты. Так что, возьмешь в долю? И сразу хочу пресечь все мысли, которые вон у Маара на лице написаны, это честные деньги, я неплохо зарабатывал последние полтора года.

– Кинт, это же состояние, – Дукэ взвесил в руках кошели, – ты уверен?

– Да. И спрячь получше.