В гости к мертвым

Пятисотый «Моссберг» с пистолетной рукоятью и прикладом, как у американской же М4, то есть можно под себя его отрегулировать, что я сразу и сделал, вскидывая оружие и целясь в выключатель… Удобно, и не тяжелый, килограмма три с копейками. На прикладе пять пластиковых зажимов имеется для патронов… Что, кстати, с патронами? Отложил на журнальный столик дробовик и открыл сумку… Ну, от души, как говориться, отсыпали – десять пачек «волчьей» картечи и пара пачек пулевых, итого три сотни – радует, очень радует. Так, чем еще одарили… Ага, разгрузочный жилет, стандартный такой ЧОПовский, черного цвета, с кучей непонятно для чего подсумков, но зато будет, куда боекомплект сложить… Еще какие-то подсумки на черном широком тактическом ремне… Все, спасибо «снегуркиному» папаше.

Что-то Григорий задерживается… С этой мыслью достал телефон, который сообщил мне, что вот-вот выключится, если я его сейчас же не «подкормлю»… Интересно, сколько еще будет электричество подаваться? Сбегал к себе… о как, уже «к себе»… Сбегал, в общем, в комнату, извлёк из сумки зарядное устройство и, включив, присел на пол у стены с розеткой…

– Да… – нервно ответил Григорий.

– Говорить можешь?

– Давай, только быстро, дорога – дерьмо, объездными еду, так как забито все и мертвяки, сука, хороводы водят.

– Понятно… Нормально все?

– Да, почти добрался, через полчаса буду.

– Хорошо, подъедешь, не сигналь, просто набери.

– Понял, – ответил Григорий и отключился.

Полчаса просидел на полу, ожидая звонка и, глядя в подбитый евровагонкой потолок, дождался. Спустившись вниз, накинул жилет, взял дробовик, и, выйдя во двор, забрался на кучу стройматериалов. Увидев, что рядом с воротами никого, а перед воротами стоит старый универсал ГАЗ 2402, в котором находился Григорий, спрыгнул и нажал кнопку открывания ворот.

– Я смотрю тут тоже бродят, – не с первого раза закрыв дверь, и кивнув на убиенных мервяков сказал Григорий.

– Ага, – ответил я и включил привод ворот, – ну пойдем, вещей много?

– Пара сумок да два чехла ружейных.

Помог все занести и, дождавшись, когда Григорий разденется, спросил:

– Есть будешь?

– Да, не откажусь… и выпил бы.

– Это тоже имеется.