Последняя обойма

Совсем непросто», – незаметно вздохнул он, когда синоптик закончил доклад и застыл с указкой в руках в ожидании возможных вопросов.

– Благодарю. Вопросов нет, – сказал заместитель командующего.

Командир полка подтолкнул следующего докладчика.

Следующим к доске вышел начальник связи и принялся называть радиочастоты, а также номера основных и запасных каналов. Доктор тем временем закончил измерения давления и пульса, сделал отметку в своем журнале и исчез.

После связиста коротко выступил старший штурман, доложив обстановку в районе предстоящей работы самолета-разведчика, дал отсчет точного времени.

В заключение слово взял командир полка – подтянутый сорокалетний полковник, которого Воронов давно и неплохо знал.

– Андрей Николаевич, после выполнения задания можете набирать высоту и возвращаться на точку в облаках – радиотехническое оборудование проверено и будет в полной готовности к заходу по глиссаде при минимуме погоды.

– Понял. Всем спасибо, – поднялся Воронов. Глянув на часы, напомнил: – Вылет через двадцать минут.

Когда он подходил к выходу из домика, сзади окликнули:

– Товарищ генерал, вас командующий по закрытому каналу!

Пришлось заглянуть в помещение к связистам.

– Да, товарищ командующий, Воронов на связи, – сказал он в микрофон.

– Как прошла подготовка?

– Нормально, в полном объеме. Техника в порядке; только что закончились предполетные указания.

– Понятно, – прогудел динамик голосом Филатова. – Удачи.

* * *

Вырулив и остановившись на исполнительном старте, Андрей еще раз посмотрел вверх.

– Осторожность и еще раз осторожность, – прошептал он и нажал кнопку «радио»: – Сокол, Семьсот первый карту выполнил, к взлету готов.

– Семьсот первый, ветер встречный – четыре метра. Взлет разрешаю, – ответил руководитель полетов.

Выведя двигатели на взлетный режим, Воронов отпустил тормоза и начал разбег по бетонке…

Да, полет предстоял чрезвычайно сложный, и осторожность действительно требовалась – от взлета до окончания выполнения задания.

Набрав необходимую скорость, самолет оторвался от ВПП и сразу же начал плавный разворот в сторону Панджшерского ущелья.

А по магистральной рулежной полосе к предварительному старту уже резво ехал «Ан-26».