Гнев изгнанников

Нет, и жалованье, и положение очень даже, однако от того наследника, за которого и рядом с которым пришлось проливать кровь, теперь ничего не осталось. Клятва верности тяготила, отчего Тарин при каждом удобном случае топил тоску на дне кружки с хмельным медом. Выполняя приказ распорядителя, Тарин поручил старшему караула по крепости сопроводить иноземцев в башню, а сам решил зайти в зал приемов, где, как ему показалось, заметил знакомое лицо.

* * *

– Вот оттаскал бы тебя за чуб, да под зад сапожищем! – расплываясь в улыбке, вошел воевода в зал приемов, где я скучал уже битый час на пару со странным человеком на лавке по соседству в противоположном углу зала.

– Тарин! – я тоже искренне обрадовался ему. – Очень рад видеть тебя!

Мы обнялись, обменялись рукопожатиями и… пристально посмотрели друг другу в глаза. Тарин не тот человек, которого можно обмануть, сделав вид «ой, что-то в глаз попало».

– Что привело тебя, друг мой Никитин, в такой ранний час к князю?

– Что-то происходит, дружище… в княжестве, на его границах… и… Варас мертв.

– Варас? Как же так?

– Вот так, – я потянул Тарина за рукав к лавке и чуть приоткрыл источающую зловонием торбу, – это один из убийц Вараса.

Тарин, лишь взглянув внутрь, сразу же закрыл торбу, оглянулся на сидящего напротив странного мужика лет под пятьдесят и почему-то в праздничной тунике Хранителей.

– Ты вот это мне отдай… а я уж разберусь… Князю доложу, что ты к нему приехал… он тебя точно примет, но когда, не могу сказать… тут у нас, знаешь, сейчас все мудрено как-то, с этими иноземцами.

– Как отдай? – прошептал я, вцепившись в торбу. – А доказательства?

– Доказательства, что у тебя в руках голова иноземца, которые под защитой княжеской?

– А как же Варас?

– Забудь.

– Знаешь, что! – я отпустил торбу и медленно, но сильно сгреб в руке ворот кафтана воеводы.

– Гневайся, Никитин, гневайся… только тихо и чтобы не видел никто, – Тарин положил свою руку на мою, – нам многое сказать надо, только не знаю, веришь ли ты мне?

– Верю, Тарин, но и то, что происходит…

– Забудь! – Тарин сжал мою руку так, что кости захрустели. – И к князю я бы не ходил на твоем месте.