Гремландия

Что же случилось на этот раз? Почему теперь он потерял бдительность и был застигнут врасплох, что чуть не привело его к смерти? Неужели Стивен Данте был таким искусным лжецом? Нет, интуиция подсказывала, что дело тут совсем в другом. Похоже, что мысли Кита были заняты чем-то иным. Или может быть кем-то?

«Сибил», – нехотя признался себе Трент. Сибил Мортон, вот кто занимала его мысли. Она и привлекала его и одновременно с этим, всю дорогу до замка откровенно бесила. И не будь он собой, а наблюдай эту ситуацию со стороны, без сомнения решил бы, что старина Кит Трент влюбился, причем по уши.

«Ну, нет», – Кит вскочил на ноги и принялся наматывать круги по маленькой палатке, наспех возведенной для него гремлинами из каких-то шкур и палок.

«Нет, нет, нет, Кит. Не смей, мать твою! Только не в нее». Он выдохнул, собираясь с мыслями и обдумывая все еще раз. Да, признаки влюбленности были на лицо, но Кит решил, что это еще ничего не значит. Она красивая женщина, вот и все. Весьма привлекательна, это любой скажет.

А у него давно не было близости с женщинами, путь в Леонию оказался долгим, а до того у него хватало иных забот, нежели ухаживания за какой-нибудь ветреной красавицей.

«Вот и причина», – решил Кит, и его это немного успокоило. Никакой любви тут нет – так он решил – только обычное мужское влечение к привлекательной особе женского пола. Явление совершенно нормальное, так ведь? Ведь он же мужчина, черт возьми, в самом расцвете сил. Нет, во всем этом определенно нет ничего удивительного, и уж тем более, никакой любви.

В палатку заглянула мордочка гремлина. Это была Линдси – так назвал ее Кит. Гремлины не давали себе имен, однако каким-то непостижимым образом различали друг друга. Но поскольку для Кита это осталось загадкой, он все же нарек тех нескольких гремлинов, которые с ним взаимодействовали, именами. Линдси была одной из тех, кто первой после Бартоломео – гремлина, которого он встретил в ванной комнате замка и который вывел их из сокровищницы – пошла на контакт с Китом, без опасения и страха, проявленного большей частью их народа.

А также Линдси одной из первых гремлинов подала голос, и заговорила на общем языке Адверса, всего за пару часов пройдя путь от существа, только что услышавшего людскую речь, до полноценного носителя языка, свободно на нем объясняющегося. Такой прогресс, проявленный не одной только Линдси, поразил Кита до глубины души.

– Господин Кит, – пропищала гремлин своим тоненький высоким голоском.