Принцип разумного вмешательства

Похоже, здесь проводят свободное время и развлекаются курсанты, так, топаю, прикинувшись ветошью, до оранжереи…

– Виноват… – высокий, атлетически сложенный парень с «арийской» внешностью чуть заметно кивнул и виновато улыбнулся, за секунду до этого он наступил мне на ногу.

Он что-то увлеченно читал на своем «смартфоне» и выходил из оранжереи.

– Ничего, – ответил я, – я тоже хорош, рот раскрыл и под ноги не смотрю.

– Вы с какого курса, раньше не видел вас.

– У меня курс… я экстерном, – ляпнул, что пришло первое в голову.

– А я с курса оперативной аналитики, завтра тест на допуск к экзамену, готовлюсь вот.

– Перед смертью не надышишься, – ответил я и подумал – «твою мать, кто же тебя за язык-то тянет».

– Что, простите?

– Я говорю, что нет смысла зубрить, если до этого не учил.

– Интересный речевой оборот, – «ариец» задумался, а затем поинтересовался: – вы из какого индекса?

«Вот же привязался»

– Административный индекс на восточном полушарии, – вспомнил я вчерашний рассказ Дика.

– А я родился и вырос здесь, в этом индексе, – ответил «ариец», а потом, хохотнув, добавил: – и знать не знал об этом учебном центре. Я Стаф Ван.

Ариец кивнул и замер в ожидании…

– Кузнецов Максим…

– Необычное имя.

– И не говори, о чем только родители думали? – я похлопал Стафа по плечу, – Ну, в другой раз поболтаем, у меня тут встреча, а ты учи, учи.

Я наконец прошел в оранжерею и сразу направился к скоплению керамических вазонов, больших таких, литров на триста каждый, из которых произрастали всякие фикусы.

– Рад знакомству! – сказал мне вдогонку Стаф.

– Взаимно!

Уфф, вот тут отсижусь, народу немного, так, небольшие компании то тут, то там среди растительности. Обстановка спокойная, кругом студенты-курсанты, можно не волноваться особо. Усевшись на каменную лавку, изготовленную в античном стиле, я стал разглядывать людей снаружи, вдруг Дик или Сайвик покажутся… Но, ни того, ни другого в течение наверное трех часов так и не показалось, курсанты расходились, в оранжерее кроме меня и компании из трех студентов больше никого не осталось.

Я почувствовал щекой, будто подуло, повернулся – «мыльница»! Дрон, будь он неладен. Небольшое устройство приплюснутой формы облетело меня по кругу, затем взмыло вверх, под самый потолок и зависло там, на пару секунд, а потом полетело себе дальше.