Разбойничья Слуда. Книга 4. Рассвет

Русоволосый, внешне похожий на мать, младший из братьев слыл среди сверстников домоседом и тихоней. И если бы не веселый и задиристый Толька, было бы Витьке в деревне не сладко. Старший не раз вступался за него, постепенно отбив у других ребят желание подтрунивать над братом. Небольшого роста круглолицый широкоплечий Толька был на год старше Витьки и пошел в этом году в третий класс. Правда на переменах и после занятий с одногодками он общался не часто, предпочитая водиться с ребятами постарше.

– Она почем знает о городской-то жизни? – хмыкнул Толька. – Сама в Афанасьевске учится. А то – не город. Тоже деревня, только большая.

– Ну, так-то так, но из нее училка бы что надо получилась. Не то, что…

– Машка, что Митьки «Топленого» дочка? – спросила стоявшая неподалеку Евдокия Антоновна. – Кака из нее учителка! Ни кожи, ни рожи.

– Не-е, дядьки Васьки Ларионова. Ну, та, что в Афанасьевске училась, – пояснил Толька. – Она нынче в город поедет. На фельдшерицу поступать будет.

– А-а-а, – протянула бабка. – У Анны с Василием девка хороша. И учителка справна вышла бы с нее. Да и фельшерица тоже получится, коли так. Строга и добра – то, что дохтуру само важно. И лицом приветлива. Такая нынче редкость. Повезет тому мужику, которому достанется, – проговорила она, отходя от стола.

– Чего? – переспросил Витька. – Кому достанется?

Евдокия Антоновна повела головой в его сторону и, когда они встретились взглядом, Витька от страха чуть не сполз под стол.

– Ты за братом поспевай лучше. Толенька доест, тебя ждать не будет. Убежит по тропе один, – она взяла что-то с полицы[6 - Полка (местное)] и протянула ему. – На-ко вот свистульку возьми, чтобы не заблудиться. Да на шею одень.

«Десять годов, а как токо родился. Не живет, а спит, – с сожалением подумала она о младшем внуке». Скорее по привычке Евдокия вытерла сухие руки о передник, поправила выпавшие из-под платка волосы и вслух добавила:

– Ой, хохони хохони, нету Афони.

– Знаем мы твою поговорку, бабуля, – улыбнулся Толька.

Та тяжело вздохнула и, покосившись в сторону Витьки, укоризненно заметила:

– Видать, некоторы худо знают.

Когда Толька закрыл верельницы, почти рассвело. Снегу сейгот было еще мало: второй или третий раз всего выпал. Он оглядел брата и затянул у того на зипуне потуже пояс. Затем обошел его вокруг и осмотрел снова.