Разбойничья Слуда. Книга 3. Отражение

А Трифон только по Зинке своей все убивается, – не унималась Лизка.

– Не гневи Бога! Ешь лучше иди. Сочни и каравашик[4 - Ржаной хлеб, в форме каравая, выпекаемый в русской печи] на столе под полотенцем и вот, – Анна Гавриловна поставила на стол кружку. – Молока попей. Потом все дела. Пока не поешь, никуда не пойдешь.

– Мама!

– Не мамкай, а ешь.

Лизка еще раз потянулась, почесала руками голову, взъерошив волосы, и пошла к рукомойнику.

– А кипятка нет? – спросила она.

Мать подошла к столу и потрогала медный бок самовара.

– Теплый еще. Старый уже, а долго не остыват. Ты бы сходила на реку, да намыла его, – она слегка потерла пальцем надпись на самоваре. – Чего на нем написано, Лизка?

Дочка подошла к столу, приподняла полотенце и, отломив кусок от каравашка, прочитала:

– «Самоварная фабрика наследников И.Ф.Капырина».

– Ка пы ри на, – протянула Анна Гавриловна. – Поди, умный мужик, коль такой аппарат сделал.

– Ой, мама, ты о чем? – вздохнула Лизка. – Какой самовар?

– Настоем разбавь, чего один кипяток пить.

На шестке чугунок стоит, возьми, – заботливо проговорила мать. – Морковного нынче заварила. Кабыть, брусничный уж приелся.

– Эх, я бы сейчас меевник[5 - Пирог с меевами (местное название мелкой рыбешки – гольяна)] съела, – проговорила дочка. – Прямо ужас, как охота.

– Ты как батько. С утра рыбу подавай, – усмехнулась Анна Гавриловна. – Меевник она вспомнила… Еще на святки меев доели. Прошлый год мало совсем побродили[6 - В данном контексте – ловить рыбу бреднем (местное)].

Сейгот, как кулиги[7 - Мелкие небольшие речные заливы, в которых ловят меев] образуются на реке, и вода нагреется, с вами бродить пойду. Тыкать[8 - В данном контексте – загонять рыбу (местное)] не замогу, так меев почищу.

– Или ягодников с брусникой. А еще лучше с жаламудой[9 - Жимолость (местное)] и кисилицей[10 - Красная смородина (местное)], – не унималась Лизка.

– Размечталась. Не июль месяц, чтобы жаламуду собирать… – она вдруг замолчала.

 – А ты случаем не…

– Мама!

– Не дай Бог кого в подоле принесешь…

– Мама, чего еще не придумаешь!

– Чего, чего. На соленое да кислое потянуло, вот чего!

– И что?

– Да ничего! Что ты вяжешься к каждому слову. Сказала и сказала. Коли не так, так ничего и не случится.

На мосту[11 - В данном контексте – сени (местное)] послышался кашель Тимофея Петровича, и тут же входная дверь распахнулась.

– Проснулась, – заметил он с порога.