Черепа

Здесь существует жизнь, флора и фауна, здесь можно работать, добывать алмазы и умирать от рук конкурентов и постоянных непредсказуемых выходок погоды.

Разбушевавшаяся стихия может запросто сравнять с землей целый город, поэтому городов на Геминаре никогда не было. Существуют лишь промышленные комплексы, построенные по обе стороны границы света и тени, совсем близко к Арбору – поясу сумерек, что охватывает всю планету по ее нулевому меридиану, и который ни одному смертному еще не удавалось пересечь по поверхности.

Но все же сумерки смещаются, на несколько километров с каждым оборотом Геминары вокруг солнца. Именно это смещение и вызывает тяжелейшие климатические условия вдоль всего Арбора, диктующие неугомонному человечеству свои собственные жесткие правила.

Ни один здравомыслящий человек не станет добровольно работать на Адаманте, поэтому чаще всего противоборствующие синдикаты используют труд людей, похищенных из конкурирующих концернов, либо захваченных у противника в плен вследствие непрерывных военных действий.

Бежать из рабства бессмысленно. Базы враждующих синдикатов, если расположены близко друг к другу, то на соседних полушариях, и чтобы добраться до своих, нужно пересечь нулевой меридиан, именуемый среди простых смертных Поясом Черепов.

001

Темнота. Тишина. Жажда. Непреодолимое желание вдохнуть и невыносимое ощущение скованности во всем теле.

Аспер взбрыкнул – непроизвольно, но что было сил. Что-то держало его крепко, хотя руки оставались свободными.

Он начал отчаянно барахтаться, словно муха, попавшая в вязкий сироп. Чувство паники вкупе с приступом клаустрофобии едва не свели его с ума, но он все же смог совладать с собой и успокоиться. Сосредоточившись и вспомнив последние часы, Аспер сделал вывод, что просто погребен под кучей мусора или грязи, и его освобождение всего лишь дело времени и некоторой сноровки…

«Нужно только избавиться от доспехов».

Дотянувшись до собственной шеи, он долго ковырялся с механизмом стыковки, не обращая внимания на боль в руке.

Запоры никак не хотели поддаваться. Спустя несколько тяжких минут, с неимоверными усилиями Асперу все же удалось отстегнуть шлем и сесть.

Разбитая кисть нестерпимо заныла.

Стащив с головы набитую грязью стеклянную колбу, Аспер долго плевался, боясь вздохнуть полной грудью, чтобы не захлебнуться. Серая каша была повсюду. Часть бронепластин с доспехов пришлось сбросить.