Черепа

Правда, без наводчика можно было подстрелить кого-нибудь из своих, но операция допускала подобные потери, особенно при отсутствии внешней связи.

Аспер еще раз выругался, проклиная ненадежную технику и местные погодные условия заодно.

Сквозь прицел и падающие с неба потоки воды он разглядел внушительных размеров промышленный комплекс. Видимая вершина этого индустриального айсберга, как водится, составляла лишь малую часть того, что пряталось под землей. По неподтвержденной, но, как Аспер надеялся, достоверной информации на объекте удерживались шестьсот человек военнопленных, чьи дармовые силы использовались при вскрытии алмазосодержащей кимберлитовой трубки, над жерлом которой и располагался этот технологический монстр.

Синдикат Кольмена, контролирующий добычу алмазов в этом районе, не брезговал использовать для этих целей рабский труд. В нынешние времена это было нормой, пусть не всеми принимаемой, но все же… Сейчас каждый был сам за себя, единственную ценность в мире имели только деньги, а уж каким способом они зарабатывались, никого особо не волновало.

Среди пленных на руднике находились двое, которых необходимо было «достать». «Любой ценой, – как говаривал командир, – остальных в расход». Впрочем, слово «достать» Аспер придумал для себя сам, надеясь спасти этих несчастных, тогда как вся операция сводилась к менее трудоемкому процессу, то есть к простому их устранению.

Амато и Вайс, кажется так их звали, были похищены солдатами Кольмены вместе с кучкой ничего не значащих сотрудников во время нападения на концерн Бененкорб.

Бененкорб, по сути, ничем не отличался от конкурирующей Кольмены. И порой Аспер ловил себя на мысли, что испытывает ненависть как к противнику, так и к собственному работодателю в равной степени.

Прогнав ненужные мысли, он все же рискнул переместиться немного в сторону, заняв позицию возле нескольких гладких валунов, что выделялись на фоне густой зелени этакими огромными грибами дождевиками. Почему в голову Аспера пришло такое сравнение, он не знал. Скорее всего, от того, что изначально он принял эти камни именно за грибы.

«Замкнутый круг».