Сезам

Мои удочки тоже лежали на чердаке. Я почувствовал в правой руке явственное трепетанье засекшейся на крючке рыбы. В животе засосало. Нет ничего слаще вот этого биения сопротивляющейся плоти…

– Завтра в десять часов выезжаем, – сплюнул себе под ноги Шиман. – Главное, чтоб дождя не было.

Мы с ним одновременно запрокинули головы. В чистом небе неподвижно висели редкие облачка.

Погода на Днепре почти всегда хорошая.

2

Я вывел велосипед за калитку двора. Все уже собрались у дома Шимановских. Я медленно подъехал к ребятам.

«А Валет что здесь делает? – подумал я. – Неужели вместо девочки придется его везти?»

– Провожаю, – сказал Валет.

Я посмотрел на девочек. Юбки, плащики, хорошо, хоть теплые свитера догадались надеть. Вырядились, как на парад. Отчего-то особенно мозолили глаза Любкины колени.

– На багажнике поедешь? – спросил я ее.

– Я на раму сиденье приладил, – сказал Гирла.

– И я тоже, – похлопал по сиденью из войлока Шиман.

Веснушки на его лице пылали ярче, чем обычно, рыжие волосы под солнцем стали похожи на факел.

До леса надо ехать по шоссейке, вымощенной булыжником, больше километра, без сиденья на раме долго не выдержишь.

– Вы с Черным на багажнике сумки с едой повезете, – сказал Шиман.

– Я уже обе привязал, – похлопал по своему велосипеду Черный.

Мы его звали то Черным, то Блэком. Клички не прилипали только ко мне. Шиман придумал мне сначала Кожека, затем Шурупчика, но вспоминал их редко.

– Ну, Шурик, поехали, – подмигнул мне Черный.

И наш караван отправился по улице Заслонова на Полевую, затем на Почтовую, а там и шоссе, выводящее за город. Это в противоположную сторону от Днепра.

Черный, в отличие от меня, заядлый велосипедист. Я пыхчу, налегая на педали, Черный то уносится вперед, то возвращается к ребятам, везущим девчонок.

– Упарились! – кричит он мне. – Давай сбежим, пусть потом по всему лесу ищут!

– Не надо, – отвечаю я. – Все равно всем вместе сало жарить.

Вот и лес.

Где-то вдалеке выбил длинную дробь дятел.

А вон и освещенная солнцем поляна, испещренная фиолетовыми пятнами. Не сговариваясь, мы с Черным сворачиваем к ней.

– Здесь? – останавливаюсь я.

– Давай здесь, – соглашается он. – Цветов навалом.

Сон-трава любит пригорки с солнечной стороны. Наша поляна точно такая.