Похоже, игра подходит к концу. Том 4

Что ты хочешь от нас услышать? Извинения? Ладно, твою мать, извини! Да, мы могли хоть как-то предупредить человека, с которым проживаем не самые скучные дни. Да, мы этого не сделали. Да, мы куски говна. Да, даже в Смертных Грехах есть больше одной плохой черты. Да, да, блять, да! Доволен?!”

“Лень, я слушаю”

“И не мечтай”

“Брат!”, – вклинилась Похоть, – “Имей совесть! Я-то знаю, что ты на самом деле чувствуешь!”

“Пошла нахер”, – он зевнул и укрылся воображаемым одеялом, – “Не стоите слов”

“Прости его”, – вздохнула девушка, – “Он тоже сожалеет.

Но…ему весьма трудно в чём-то признаваться”

“В том, что я вас ненавижу – легко”

“А вот привирать он любит”, – улыбнулась Похоть, – “Прости ещё раз. Мы струсили. И, наверное, сделаем это ещё раз. Носитель, ведь ты действительно один из множества. Надеюсь, ты нас понимаешь…”

– Да всё я прекрасно понимаю…, – со вздохом сажусь на пень и прислушиваюсь к собственным ощущениям.

Да, действительно – все Грехи раскаиваются.

Даже Лень. Как это называется в азиатских мультиках? Цундере? Что-ж, замечательно, мой Смертный Грех – цундере.

“Ладно, вы хоть раскаиваетесь”, – потираю пульсирующие от давления глаза и пытаюсь прийти в себя, – “И что, Первородный с самого начала с Архитектором работал?”

“Угу”, – кивнула Похоть.

“И на кой ему это нужно?”

“Найти преемника. Гнев, Гордыня и Обжорство – сильнейшие по разрушительной мощи Грехи. Именно их он перенастроил на телепортацию в Инферно, потому что только там могут существовать отголоски его воли”

“И эти отголоски приняли форму Тщеславия?.

.”

“Угу”, – вновь кивнула девушка, – “Наш отец уже не сможет возродиться, поэтому он сделал всё, чтобы в мире появился новый Первородный – его приемник”

“И Архитектор об этом прекрасно знал…”

Ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и прислушаться к собственным ощущениям.

Стоило мне вспылить и прийти в себя, как я сразу же осознал причину едва не мгновенно вскипевшей злости.

Всё оказалось до банального легко – меня взбесило подорванное Грехами доверие. На самом деле мне было просто обидно из-за предательства. Поэтому и вспылил.

У меня не было друзей, и увидев от кого-то поддержку, я подсознательно начал за неё хвататься. То же произошло и с Арианной, и Адамом, да и вообще со всеми, к кому я привязался. Я – как самый настоящий ребёнок.

И осознать это удалось не без помощи Гнева, как родоначальника подобных эмоций.