Точка пересечения

* * *

Летний теплый ветерок теребил волосы на моей голове, осознание своей внезапной исключительности ввергало каждую клеточку моего организма в полную эйфорию. Я с большим энтузиазмом продолжал свои исследования. Постепенно для меня открывались все новые полезные возможности. Теперь я научился совершенно свободно генерировать разные образы и чувства у своих «оппонентов», подобные ударам тока, болевым и прочим другим не очень приятным ощущениям. Ко мне перестали приставать бродячие собаки, оказалось, с ними общаться совсем просто, они-то ведь вообще не думают словами.

Сложившаяся ситуация настолько увлекла, что я стал совсем забывать о благоразумии, о том, что нельзя привлекать к себе внимание.

– Вот натренируюсь и закончу свои эксперименты, —наивно рассуждал я, хотя где-то в глубине души понимал, что мое увлечение уже переросло в зависимость, как у алкоголика.

– Куда бы сегодня податься? А! Точно, – вспомнил я, – ведь сегодня же в городском парке танцульки. После них обычно начинаются разборки, то ли девушек не поделили, то ли водку.

Отгремели последние аккорды местной музыкальной группы и поток разгоряченных молодых людей направился к выходу. Кому-то на автобус, кому-то просто домой, а кому-то жажда приключений настойчиво чесала, размятые танцами, конечности. Предчувствия меня не обманули, невдалеке от танцплощадки началось сражение. Причем обратило на себя внимание то обстоятельство, что у «сторон» силы были совсем уж неравные.

Вокруг спортивного вида парня, плясало несколько очень рассерженных хомячков. Они тщетно пытались хотя бы приблизиться к нему, но отлетали, будто резиновые мячики. В этот момент к парню со спины подкрался добрый человек с оторванным от забора штакетником и с размаху ударил его по затылку. Парень рухнул, как убитый, а хомячки запрыгнули на него и, весело повизгивая, продолжили танцевальный вечер.

Через несколько секунд они бежали с перекошенными от страха рожами, отпихивая друг друга локтями, а «добрый человек», завывая от боли и держа ушибленную руку, заковылял в ближайшие кусты.

– Живой? —Спросил я. – У тебя весь затылок в крови.

– Вроде живой, —ответил он, потом проведя рукой по затылку, сказал:

– Только кожу содрал, придурок. Даже ударить по—человечески не смог! Вообще эта их кодла – солобоны одни! Шпана дешевая!

– Как тебя зовут, боец? – Спросил я.