Юродивый: путь звездного воина

Разобравшись со скверной компанией, мы ещё замели следы крови на дороге, повыкидывали обломки зубов и только тогда поехали восвояси, пока кто-нибудь нас не застукал.

Лес продолжал шуметь, как ни в чём не бывало, а у меня в голове ангел запел свой сомнительный «хит».

Мы с тобою изгна-аны из Рая-а-а, -

безбожно фальшивя, затянул он противным шепотком -

По тропинке, следом за другими-и-и,

Друг пред другом, от стыда сгорая,

Прочь от врат уходим мы нагими-и-и.

Ты не перва-ая кто в час-с-с рас-с-светный,

Соскочив пораньше жа-аворонка,

Без-з-заботной, озорной девчонкой,

С дерева сорвала плод запретны-ы-ый.

И когда, вкуси-ив его, прозрели-и…

– Всё хватит! Сдаюсь! – прошептал я, потирая виски. Это и впрямь суровое наказание – слушать его завывания.

– Что с тобой Глеб? – испуганно спросил Мартын, правя телегой.

– Да, в голове зашумело, вот прошу этот шум замолчать, – ответил я купцу.

Тот промолчал, настороженно поглядывая нам меня.

…Мы с тобой, увидев, вдруг друг – друга,

Зашептал Он нам: – Вы повзрослели,

За ворота вынесла нас ф-фьюга

Кое-как тропинку разбирая,

Мы бредём с тобою-ю, не спеша-а-а,

И украдкой на тебя вз-зирая,

Осознал я, как ты хороша-а-а.

Приобняв твой тонкий стан рукою,

Словно делал так не в первый рас-с-с,

Опустились в травы, над ре-икою,

От смущенья серп Луны погас.

Под величественным звё-о-оздным небом,

Я тебе под шелест камыш-ша,

Говорил: – В Саду так щ-щастлив не был,

Мне с тобой рай и без шалаша-а…

– Замолчи уже! – закричал я.

– Молчу! Молчу! – Мартын Лукич, благодаривший меня за спасение, от неожиданности выпустил вожжи.

– Да я не вам, – мрачно взглянул я на испуганного купца. – Это мысли вслух.

– Гляди, Глебушка, ещё раз ослушаешься, – сжалившись, пригрозил довольный собой ангел – И ты услышишь весь мой репертуар.

– Больше не буду, – ответил я и прикрыл глаза.

– Поспи, поспи, родимой, – одобрил мою идею Лукич. – Умаялся чай! Эка тебя проняло. Поспи друже.

– Спи, спи, – разрешил Эхнафаил. – На горизонте покамест чистоган!

Я забылся в спасительном сне.

Не знаю, сколько вёрст мы отмотали пока я дремал, но когда я открыл глаза, увидел, как Мартын уже в опустившихся сумерках разводит огонь на небольшой придорожной поляне.