Братина Сварога

– Добре, Ковыла, – приподнявшись на носки, по отечески похлопал его по плечу Негодуй. – Ты уж там постарайся, не облажайся.

– Ужо постараюсь, княже, – уверил Ковыла.

– Ну что же, ступайте с богом!

Князь ещё раз с надеждой поглядел на Ковылу, вздохнул и скрылся в тереме, а претенденты сноровисто погрузились на подогнанные телеги и отправились на прием к духовному лидеру княжества.

Митрополит Эполит, в отличие от князя, немного хворал опосля вчерашнего, а потому был не в духе и довольно строго встретил княжеских «гостей».

Однако, даже с больной головой, он прекрасно понимал, что один из этих «соискателей» наверняка станет главной ударной силой светской власти (читай – князя), поэтому сильно отчитывать их не стал.

Стоя на балконе перед стушевавшимися гостями, попенял им митрополит для порядку, пошто в церковь редко ходят и совсем не исповедуются (у высокопоставленного батюшки, как вы понимаете, были свои источники получения достоверной информации), пристыдил слишком вольготным образом жизни, напомнил о скором наступлении поста, и, взяв с каждого честное-пречестное слово, что будут соблюдать оный пост, только после этого пригласил всех пройти на собеседование.

Немного обескураженные суровым приемом девятеро широкоплечих кандидатов вошли под сень монастыря. Монах, провожавший их к покоям митрополита, подвел немного робевших хлопцев к тяжелой двери и, постучав, исчез в темном коридоре.

Через несколько томительных секунд из-за двери послышался грозный бас митрополита:

– Войдите!

Делать нечего, вошли молодцы и… обомлели.

Перед ними, прямо посреди сумрачной залы на тяжелых скамьях в два ряда восседало все старшее духовенство княжества во главе с облаченным в бархатные с позолотой одеяния митрополитом. Святые отцы тоже были одеты в свои самые нарядные одежды, предназначавшиеся для исключительно торжественных случаев и праздничных молебнов. И смотрелись и смотрели старцы грозно. А ещё изучающе.

– Вот, братья, поглядите кого избрал наш славный князь в кандидаты на должность богатырскую, – после затянувшейся паузы, наконец громогласно промолвил Эполит.

И не понятно было по его тону, хвалит он князя, или, наоборот, хулит, за подобный выбор. – Все они, вроде как показали себя с доброй стороны. Проявили себя сугубо положительно. Однако как все знают, одной бездумной отваги и дури для того чтобы стать богатырем, маловато будет. Надо ещё многое знать, понимать и уметь логически кумекать.