Жёлтый саквояж

 – Слышишь, свистят, это за мной гонятся…

Вид у взъерошенного парня был настолько красноречивый, что девушка, ни о чём больше не спрашивая, потянула его в тёмный коридор, на ступеньки.

– Куда это? – упёрся перед лестницей Остап, не желая идти на второй этаж.

– Ко мне, ко мне… – зашептала Рива и, преодолевая слабое сопротивление парня, затянула его в свою комнату, а потом бегом вернулась назад в зал.

Она встала к стойке как раз вовремя, потому что через минуту в кнайпу ввалились милиционеры во главе с Зямой, который на правах старшего крикнул Риве:

– Куда Остап делся?.

– Ну, вот тебе и на?! Я тут при чём?.. – умело изобразила рассерженную Рива и, спокойно взявшись перетирать стаканы, кивнула на задние двери: – Вскочил, головой мотнул, чкурнул дальше, а я думай тут, чего это он…

Очень напоминая своего дядю, Рива начала бесконечный монолог, но Зяма, уже не слушая девушку, крикнул милиционерам:

– Товарищи!.

Топая сапогами, погоня вслед за Зямой выбежала на задний двор и, одолев ограду прилегающего склада, затерялась между укрытыми брезентом ящиками с товаром…

* * *

Начальник горотдела милиции товарищ Шлихтер беспокойно ёрзал в своём плюшевом кресле, которое ему где-то добыли подчинённые.

Причин нервничать у него было предостаточно, тем более что в углу кабинета на простом венском стуле сидел капитан НКВД и время от времени исподлобья поглядывал на Шлихтера.

Почему столь высокий чин оказался здесь, Шлихтер догадывался. Ещё бы, после пальбы чуть ли не на базаре милиционеры устроили такую шумную погоню за стрелком, что взбудоражили весь Старый Город, а слухи об этом уже наверняка достигли предместий.

Конечно же и сам начальник немедленно учинил расследование случившегося и уже более или менее составил себе картину произошедшего, но неожиданное появление капитана НКВД ясно указало на то, что дело весьма серьёзное.

Первопричина всей этой суматохи, постовой милиционер из новонабранных Зяма Кац, вызванный на разбор к начальнику, почему-то задерживался, скорее всего, его просто не могли найти, отчего товарищ Шлихтер, нервничая, то и дело начинал нетерпеливо постукивать по столу пальцами.

Наконец входная дверь скрипнула, и в кабинет как-то бочком вошёл Зяма. Вид у него был самый что ни на есть обескураженный и, судя по всему, ничего хорошего от вызова к начальнику он не ждал.