На торный путь

Дабы быть во всём уверенным, фельдмаршал лично проследил за построением войск, убедился, что все защитные рогатки поставлены, а когда, объехав кругом занявший середину лагеря обоз, остановился у передовой линии и вгляделся в степь, где уже обозначилось движение передового отряда, то заметил, как к лагерю во весь опор мчатся несколько верховых. Миних решил, что, по всей видимости, это гонцы, и не ошибся. Подскакав, всадники с ходу сообщили, что татары напали и передовой отряд медленно отходит к основным силам.

Выслушав их, фельдмаршал приказал:

– Драгун сюда! – и пока это распоряжение выполнялось, прикидывал, что там, впереди, происходит и как лучше осуществить сикурс.

А там в это время уже шёл бой. Появившись словно ниоткуда, ногаи по первости лишь вились вокруг начавших отходить русских, а затем, собравшись толпой человек в двести, с диким воем кинулись вперёд и, подскочив на ружейный выстрел, пустили тучу стрел. Солдаты тут дали ответный слаженный залп, а стоявшие во второй шеренге пикинёры, уперев свои длинные копья в землю, уставили их в сторону противника, чтобы защитить от татар первый ряд фузилёров.

Однако прямой стычки не случилось. Сбитые пулями ногаи падали на землю, рядом валились раненые кони, в то время как уцелевшие татары, размахивая саблями, подскочили к самому строю. Казалось, вот-вот начнётся сеча, но степные лошади не пошли на острия пик, а принялись так шарахаться в сторону, что их всадники едва могли удержаться в седле. Нападавшие, сделав несколько отчаянных попыток, поняли, что разорвать плотный строй не удастся, отхлынули и, держась на приличном отдалении, опять принялись пускать стрелы.

Остановившийся было передовой отряд снова начал отход, и тут подоспела подмога. Посланные Минихом драгуны в конном строю начали обходить татар слева, в то время как возвращавшаяся к войску казачья сторожа внезапно показалась справа. Испугавшись обхода, ногаи порскнули в разные стороны и словно растворились в степи. Воспользовавшись неожиданной передышкой, русские скорым шагом отступили к лагерю и уже без помех укрылись за оборонительными рогатками, а их генерал, командир отряда, немедленно поспешил с докладом к фельдмаршалу.

Увидев, что подъехавший на рысях генерал не салютует как положено по артикулу шпагой, а прижимает рукой к щеке насквозь пропитавшийся кровью платок, Миних обеспокоенно спросил:

– Ранен?

– Татарская стрела зацепила. Не повезло… – с трудом, болезненно морщась, ответил генерал.