На торный путь

Один, семёновец, чувствовал себя здесь как дома, в то время как второй, измайловец, не забывая отхлёбывать из кружки, с интересом поглядывал по сторонам. Учреждённый по примеру императора Петра Алексеевича, велением царицы Анны Иоанновны новосозданный Измайловский полк, считавшийся, как Семёновский и Преображенский, тоже гвардейским, до недавнего времени размещался в Москве, рядом с селом Измайловом, где росла дочь царя Ивана, однако теперь был переведён в Санкт-Петербург, временно разместившись постоем на Адмиралтейском и Васильевском островах.

Офицеры успели опорожнить почти весь стоявший перед ними штоф, прежде чем их разговор с обычного трёпа перешёл на злободневную тему.

– Я полагаю, – начав так, семёновец сразу посерьёзнел, – государыня желает иметь свой полк гвардейцев.

– Мне то неведомо, – покачал головой измайловец. – Мы своим полком в Москве пребывали, а то всё дела петербургские.

– Оно так, – кивнул семёновец. – Небось, про наши дела наслышан?

– Не без того.

 – Измайловец тотчас навострил уши.

– Вот и вникай. – Семёновец сделал добрый глоток и, отставив кружку в сторону, заговорил обстоятельно: – Тут такое дело вышло. Верховники наши некие кондиции писать удумали. Чтоб, значит, вся власть им, отчего государыня без их соизволения ничего сама и решить бы не могла.

– Это что, – удивился измайловец, – выходит, все дела скопом решать?

– Да, почитай, вроде что так, – немного подумав, подтвердил семёновец.

– Не, с того дела не будет, – решительно заключил измайловец и чуть погодя добавил: – У нас в Малороссии ежели что скопом решают, то один крик да свара выходит, а толку ни на грош.

– Верно говоришь, у нас то же самое, – согласился семёновец и пояснил: – Как известно стало, что то дело верховников, каждый свою выгоду искать начал, вот через то и общий разброд получился.

Внимательно слушавший товарища измайловец довольно долго молчал, после чего, опорожнив свою кружку, с некоторым сомнением спросил:

– А как же тогда государыня Анна Иоанновна самодержицей стала?

– А то уже наша заслуга.

 – Семёновец, в упор глядя на товарища, важно откинулся и вскинул голову, словно пытаясь что-то рассмотреть сквозь плававший под потолком дым, с нескрываемой гордостью сообщил: – Мы, гвардия, не пожелали над собой осьмиличных затейщиков иметь, которые, ради правления, вместо одного лица сразу восьмерых тиранов учредить полагали.