Бесконечность

По мотивам сериала

"

Дедвуд

"

В салатовых лентах и бантиках пышных,

сетях портупей, только верхнем белье,

в простых треугольниках, тонких и нижних,

с раскрытыми бюстами, навеселе,

в нектарах и брызгах духов, в поцелуях,

с дымками сигар, сигарет, папирос,

с живыми цветками цветного июля,

с кудряшками, гладями мягких волос,

с узорами, вбитыми в руки и бёдра,

с раскрасками лиц, что стоят по углам,

нескромные ходят так нагло и бодро,

кочуют, снуют и садятся к гостям.

Хитрят, алкоголят, милуются лестно,

разгул поощряя, даруя досуг,

прошения все обращают бесчестно,

опять прикурив из богатеньких рук…

Три табуретки

Двенадцать рассохшихся ног табуреток

на тёртом, багряном, древесном полу,

при штиле, под лодкою чёрного цвета

стоят, ожидая ветров иль волну.

Лишь бриз от дыханий и мокрые капли,

мельчайшие брызги от воплей и слов

со щёк, что иссохли, размякли, одрябли,

спадают на ткани, пловца меж оков.

Морозный узор неразглаженных кружев

сковал всё корыто спокойной ладьи.

Повязка на лбу заневолила душу,

какая осталась в мясном забытьи.

Точёные и угловатые пары

несут упокой, завершенье хвороб.

И вся эта дюжина столбиков старых

подпёрла стоящий на сёдлышках гроб.

Павшие, что между снов

Стрекочут вовсю пулемётные гнёзда,

кидаясь горячим, немецким свинцом;

даруя раненья, отрывы так грозно,

кладут поколенья советских бойцов.

В таком неподступном укрытии воины

стремятся наш дух и отряды сломить,

а часто меняя большие обоймы,

тела и величье страны победить.

А очередь очередь вновь нагоняет,

к земле прижимая уставших солдат,

испуги в живых, кровяных поселяет.

Всем нужен герой и спасительный акт!

Мне нужно ползти, обойти постараться.

Я прячусь за павшими, что между снов.

Надеюсь, метнутой гранатой удастся

разрушить их планы на гибель врагов…

Монета солнца

Раздолье ад в себя вмещает.

Прострелен насквозь древний дуб.

Дымок побоище венчает.

Среди руин мой жалкий труп.

Жаровня гаснет, остывает.

Река, как раскалённый меч.

Душа кружит и наблюдает.

И из виска струится течь.

А глаз-вулкан излился кровью.