Понтификум. Пепел и грех

Приказы Эшераля – ничто, по сравнению с моей волей. Помни об этом… – голос утих.

«Не думал, что остался ещё кто-то, кому удалось избежать костра эклессии. Славно» – убийца мысленно улыбнулся.

– Ваше святейшество, какой приятный сюрприз! – глубокий голос Тираля вывел Лика из транса. – Мы с мастером Соловьём уже заканчиваем, однако, – он указал на стул рядом с собой. – Мне необходимо твоё мнение, Децимиус, касательно моральной стороны одного вопроса, – толстые губы Тираля разъехались в ехидной ухмылке.

Лик сел рядом и перевёл взгляд на незнакомца. Холодные синие глаза под маской изучали его.

– Конечно, мой лорд, ведь кто, как не человек веры способен взвесить грех и благость на весах Скорбящего, – кивнул Лик и прижал ладонь к священному символу.

«Самодовольная свинья. Кичишься своим положением патриарха Герба, и даже не надел пояс с колокольчиками. Что ж, тем лучше» – подумал мнимый приор.

– Прошу простить мастера Соловья. Несмотря на своё имя, он весьма немногословен, – махнул рукой Тираль.

– Благие слова меняют человеческий лик, – тихо проговорил человек в маске, делая акцент на последнем слове. Он будто знал, кто на самом деле скрывается под личиной приора.

«Что, госпожа, нравится играть со мной?» – унёсся в глубины разума вопрос. Ответа Лик не дождался. Всё, что он услышал – эхо далёкого девичьего смешка. Соловей между тем продолжил:

– Обрисуйте доброму приору ситуацию. Быть может, план наш переменится, – он постучал рукой, облачённой в белую перчатку, по тонкому листу вскрытого письма.

Сломанная печать с косой под колоколом выдавала отправителя. Тираль вздохнул, почесал двойной подбородок и неохотно произнёс:

– Видишь ли, Децимиус, попало ко мне в руки одно письмецо от этого лизоблюда Эшераля. Один из его надёжных людей готовился передать его ординарию-воителю. Что ж, у него не вышло, – развёл руками лорд. – Мастер Соловей доставил это послание мне, и мы погрузились в чтение. Этот мерзавец! – заорал Тираль, обрушивая массивный кулак на столешницу.

Ткань перчатки благости чуть было не лопнула, а Лик заметил, как по дереву пробежала небольшая трещина. «Силён, боров. Надо быть осторожнее» – мысленно предостерёг себя убийца.

– Этот выродок хочет сжить меня со свету. Думает, Альмадорские девчонки что-то значат для нового ординария-воителя. Да Каладан даже пальцем не пошевелит, зная о моих заслугах перед святым воинством, – Тираль рассмеялся.