Понтификум. Пепел и грех

 – Думаешь, своей добродетелью уравновесишь грешки лорда Тираля? Вот только, друг мой, твои собственные грешки уравновешивать некому, – Стальной Лик развёл руками.

– Я слышал, что в стане лорда Эшераля завёлся болтун, который слишком много возомнил о себе, но не думал, что он пригласит меня на дружескую беседу, – усмехнулся Айрус, демонстрируя гнилые зубы. – Грешки лорда Тираля? Любопытно даже, что это за грешки. Твой господин просто хочет убрать его, потому что наш легион ближе к позициям еретиков, вот и всё. Выслуга – дело, конечно, хорошее, но своего командира я не продам.

Злобный северный ветер ворвался в палатку, пригоняя вместе с собой волны снега. Пламя единственного факела заметалось, отбрасывая рваные тени на стенки.

– Уж кому не пристало говорить о грехах, так это грешнику Алой Девы. У тебя её глаза, – он быстро сотворил двуперстие. – Свезло тебе, что тебя под крылышком патриарх пригрел. Остальных-то эклессия пожгла, я слыхал.

– О, грехов у меня как шлюх во всём Понтификуме, солдатик, а может, даже и больше.

Да вот только не обо мне разговор. У тебя же есть дочка в твердыне Альмадор, верно, упрямый ты осел? – красные глаза за маской сузились, зрачки полыхнули огнём.

– Откуда ты знаешь, мерзавец? – зарычал Айрус. Тихий шелест вынимаемого из ножен меча подсказал Лику, что нужно торопиться.

– Мне или Эшералю твоя Хелия без надобности, уж поверь. Хотел знать, какие за лордом Тиралем водятся грешки? Если бы он как-нибудь пригласил тебя к себе в шатёр, когда только и видно, что факелы дозорных в лагере, то твоему благородному взору ясно предстал твой обожаемый лорд Тираль в чём он из утробы мамки вылез и девчушка едва за первый десяток вёсен.

О, кувыркается он с ними знатно, да вот одна проблема – назад в город девочки не возвращаются, – мрачно закончил Лик. Айрус ударил кулаком по столу, шлем с лязгом покатился по полу.

– Как ты смеешь обвинять благородного лорда Гербов в таком гнусном деянии, ублюдок? – воин поднялся, вынимая меч. Тяжелый фальшион* грозно блеснул в свете факела.

 – Поплатишься за это головой!

Айрус ударом ноги отправил стол в полёт, надеясь сбить человека в маске с ног. Тот оказался проворнее. Ловко вскочил с шаткого табурета. Зацепив его носком ботинка, тут же отправил в противника. Трухлявое дерево разлетелось на куски от удара о крепкий щит воина. Этого манёвра Лику хватило, чтобы выхватить из-за пояса два коротких клинка. Теперь противники стояли напротив друг друга в боевых стойках.