Рыбацкие страсти и Встречи

На реке мы купались от души и часто баловались больше, чем рыбачили. Но и в этой кутерьме и суматохе умудрялись подцепить на удочку хорошенького голавля или сорожку. Меньше 1 кг веса они практически и не попадались. С Толькой мы заразились рыбалкой и стали бегать на Кичуй с раннего утра, наказав еще вечером разбудить нас на зорьке вместе с табунами. А скотину в табун выгоняли тогда со двора не позднее 4 утра. Бедные женщины, как и когда они успевали к этому времени подоить вручную корову, которая летом всякий раз давала 10 литров молока за один раз?

Часто в утреннем тумане и по обильной росе неслись мы с другом на Кичуй, предвкушая отменную рыбалку.

Пусть и не всегда она заканчивалась удачей, но летняя пора, купание в реке, цветы, ягоды и благоухающий запах луговых трав – все это резвило и бодрило нас, облагораживая наше обездоленное войной детство.

И вот однажды, когда сенокос уже закончился (а в нем мы тоже принимали посильное участие), мы пришли с Толькой рано утром на Кичуй. Уже на подходе к реке еще с дороги мы заметили у берега, где была самая широкая водная гладь, грузовую машину, крытую брезентом.

Место, где она стояла, было одним из любимых нами. Мы его называли омутом.

Переговариваясь между собой и робея, мы все же решились подойти к машине, возле которой суетились четверо мужчин. Мы заметили, что в руках у них имелись сачки, как у рыболовов, извлекающих рыбу из воды с лодки. Нас с Толькой поразило, почему такие увертливые голавли на этот раз услужливо заплывают в сачки? Рыбаки спросили нас, водятся ли в реке сомы.

Мы ответили, что не знаем, но сами мы их не ловили.

Долго топтаться возле машины мы не стали. Нам бросилось в глаза то, что все номерные знаки машины были тщательно замазаны тиной и грязью. Мы перешли мост и на противоположном берегу значительно ниже того места, где были браконьеры, начали разматывать удочки. Пока шли к этому месту, все гадали: кто они, эти незнакомцы?

Мы выдвинули версию, что это люди из числа монтажников, которые обслуживают буровые вышки в окрестностях Альметьевска, находящегося в 50 км от наших мест.

Скорее всего, так оно и было.

Но, как говорится, не пойман – не вор. Хотя и этот вопрос мы с приятелем тоже обсуждали. Мы по-детски толковали о том, что неплохо было бы сообщить куда-нибудь и помочь задержать этих хапуг. Но никакого телефона в нашей деревне никогда не было. Не было и более быстрых средств передвижения, кроме колхозных быков да истощавших на изнурительной работе нескольких кобыл.