Утверждение власти

Оказывается, Митико любительница подколоть собеседника, но про меня-то она мало что знает, а вот Атарашики досталось. Я, например, узнал, что старшая Аматэру, оказывается, автор нескольких женских романов. Ответка прилетела тут же:

– Ну это всяко лучше, чем «Яху, сотый уровень!» – согнула она в локте руку и дёрнула её вверх-вниз.

– А что за романы? – поинтересовался я.

– Только для женщин, – строго ответила Атарашики. – Узнаю, что искал, выколю глаза.

– Я тебе потом на почту ссылки скину, – с удовольствием пообещала императрица.

– Митико! – воскликнула Атарашики.

– О да, – прикрыла та глаза. – Это лучше, чем сотый уровень.

– Может, мне сказать твой логин в интернете? Пусть поищет, посмотрит, о чём там императрицы в комментариях пишут. И где.

– Ну, раз Ата-тян не хочет, то и ладно. Кстати, я слышала, новый спектакль в твоём театре будет ставить Оноэ Кикугоро, – съехала с темы Митико. – Неужто старик ещё в деле?

И всё в таком духе. Была упомянута и неряшливость Атарашики, и затерроризированный сын Митико, – правда, чем именно, остаётся лишь догадываться, – и любовь Атарашики к животным, – чего мной лично замечено не было – и почти случившийся пожар во дворце.

В общем, старушки отжигали. Пыталась Митико и над нами с Казуки поприкалываться, но про нас она ничего не знала. Меня она прощупать так и не смогла, но вот моему воспитаннику с его стеснительностью всё-таки досталось. Так-то Казуки смутить сложнее, чем обычного парня – но не в тот момент, когда его выстёбывает целая императрица.

– Ладно, старушка, – произнесла в какой-то момент Атарашики. – Ты ещё не забыла, зачем сюда приехала?

– М-м-м? – скосила на неё взгляд Митико, делавшая в этот момент глоток чая, и, изобразив задумчивый вид, добавила: – Хм-м-м…

В общем, скомандовав пятнадцатиминутную готовность и забрав с собой сестру, Атарашики удалилась в глубь дома.

– В уборную сходи и выходи во двор, – произнёс я, вставая из кресла.

В отличие от меня… Хотя лучше сказать, что только я за эти почти полтора часа не вливал в себя чай литрами. А больше всех этим злоупотреблял Казуки, видимо, чтобы занять руки и не чувствовать себя совсем уж безмолвным болванчиком.

Число охраны с нашей стороны было уменьшено, собственно, мы с Казуки ехали в одной из таких машин, изображая ту самую охрану. И это, пожалуй, всё, что мы могли сделать, чтобы сохранить в тайне истинную цель нашей поездки.