Утверждение власти

– Как скажешь, – замер я, чуть опустив голову.

Было ли больно? Конечно, чёрт подери! Старуха явно не пыталась что-то там нацарапать, а конкретно резала. С другой стороны, боль была терпимой. Не настолько, чтобы каждый встречный-поперечный аристократ этим баловался, но, если надо, потерпеть можно. Промелькнула у меня поначалу мысль заблокировать боль, но это же магия, чтоб её, штука вообще непонятная. А вдруг это какой-нибудь ритуал, и боль – неотъемлемая его часть? В общем, рисковать я не стал, а то как минимум пришлось бы повторить процедуру, если бы не получилось, а как максимум – никто бы ничего не заметил, после чего… С аристо мне в любом случае придётся в будущем договариваться, и не хотелось бы из-за такой ерунды отдать кому-то камонтоку рода Аматэру.

В общем-то ещё Казуки есть, но я пока не определился окончательно, надо ли его раскрывать?

– Всё, – наконец-то сообщила Атарашики, отбросив в сторону очередную окровавленную тряпку. – Сейчас кровь сотру, и можешь одеваться.

Чуть поведя плечами, не почувствовал ничего.

Боль и неприятные ощущения словно отрезало. Ах да, она же говорила, что всё сразу заживёт.

– Я так понял, всё прошло нормально?

– Да, – ответила Атарашики, проводя по моей спине мокрой тряпкой. – Раны зажили, шрамы появились, всё, как и должно быть. Что ты там перед началом спросить хотел?

И правда, а что? А, точно…

– Получается, можно взять любой нож, нанести на его лезвие нужные знаки, и он станет артефактом?

– Я же говорила, что не всё так просто, – проворчала она.

– Ну пусть по-особому нанести знаки, итог-то один.

– Вот из-за этого «по-особому», даже зная символы, ничего ты сделать и не сможешь. Впрочем, как делать конкретно этот артефакт, известно многим, но то аристократы – для простых людей даже эта информация редкость. Да она им и не нужна. Всё, одевайся.

– То есть как делать такой нож, аристо знают, а как делать другой – нет? – уточнил я, беря в руки рубашку.

– Именно, – ответила она. – Более того, время от времени его приходится переделывать.

То ли силы из него уходят, то ли ещё что… А вот второй нож этого недостатка лишён. Впрочем… – произнесла она и замолчала. – Ты ведь помнишь, что у нас два ножа для поверхностной блокировки?

– Да, – ответил я, застёгивая рубашку. – Один совсем древний и один новодел.

– Почти перед самым исчезновением Ушедших сделали, – кивнула Атарашики. – Думаю, тогдашний глава рода решил перестраховаться – всё же первому ножу уже около пяти тысяч лет.