Осколки маски

 – У меня просто нет столько лишних пилотов. Но… Тридцать единиц с учетом запасных, пожалуй, не помешают.

Он явно боролся со своей гордостью, но уж слишком много было поставлено на карту.

– Хорошо. Я поговорю со Шмиттом, думаю, он будет не против вам помочь.

Естественно, малайцы не собирались давать время Токугава на укрепление позиций – в отличие от нашей ситуации в самом начале, сейчас королевские силы были, скажем так, в «боевом режиме», и времени на раскачку им не требовалось. Правда, думаю, Токугава и сами справились бы, но мы решили не рисковать.

Как я и ожидал, воевать на территории противника оказалось не так-то просто. Малайцы не то чтобы партизанили, но когда на стороне противника чуть ли не каждый холм, не говоря уже о местном населении, воевать очень сложно. Хорошо еще, что воздух был полностью за нами. Но и это, подозреваю, явление временное, все же у целого государства ресурсов побольше, а беспилотники достать проще, чем шагающую технику. К тому же, что важнее, операторы беспилотников сидят в безопасности и в бою потерь не несут.

А подготовленные операторы, как и любой профессионал, – это тоже ресурс. Чует мое сердце, скоро в небе та еще мясорубка начнется. У них больше техники, у нас лучше операторы.

В следующий сеанс связи с домом попросил Атарашики как-нибудь повлиять на СМИ, мол, наши слуги настолько круты, что успешно противостоят целому государству, дела, которые Токугава начали творить по соседству, никак не пересекаются с нашей войной. По большому счету нам это было не важно, но чисто по-человечески мне не нравились нападки на род Мирая.

Да и для рода Аматэру будет выгоднее, если у Токугава все получится. Заодно поговорил с Казуки. Этот дуралей почему-то вбил себе в голову, что провинился, раз не смог убить своего противника. Для меня же это не имело значения, главное – победа и новый прорыв в его силах. А прорыв был. Видеофайл с записью поединка мне прислали в тот же день, когда он состоялся, и то, что Казуки стал сильнее, было видно невооруженным взглядом.

– Казуки, подними голову, – произнес я, глядя на экран, где мой воспитанник склонился в поклоне.

– Господин… – начал он, разогнувшись.

– Стоп, – поднял я руку. – Хватит. Я устал от твоих извинений. Скажи, малыш, я хоть раз говорил, что ты обязан во что бы то ни стало убить своего противника?

– Мм… – отвел он взгляд, припоминая. – Но ведь это был смертельный поединок. Один из нас должен был умереть.

– Один из вас мог умереть, – возразил я.