Кровь на камуфляже 2

Где-то на третий-пятый день пребывания на Войне (если повезло выжить) ты понимаешь, что с бывалыми, обстрелянными парнями что-то не так – бацилла войны поразила их, забрала их душу, навеки изменив человеческую сущность. И тебе суждено стать таким же как они, потому что иначе на войне не выжить, хочешь вернуться домой живым, то изменись, стань человеком-войны – homo bellum, если по латыни.

Эти страхи отравляют жизнь и туманят мозг, но со временем ты с ними справляешься и кое-как уживаешься, забывая на время про плен и увечья, даже сидя под вражеским артобстрелом и то каким-то чудом умудряешься провалиться в зыбкое забытье сна.

Это всё рассуждения интеллектуала и интеллигента, к которым я себя причисляю. А вот тот же Бамут, он же – Сёма Воршавин, он же – Мародер, он на такие загоны вообще внимание не обращает. Ему плевать на то, кто там как себя чувствует и из-за чего переживает, он понимает только одну истину, главное – это выжить. Правда тут есть один не маловажный нюанс, ему важно не просто выжить, а сделать это так, чтобы окружающие не считали его трусом и во время этого самого выживания он уничтожил как можно больше солдат противника.

Именно солдат! Тут надо понимать, что если под ствол его пулемета случайно попадет мирный житель Украины, то Бамут ни за что не нажмет на спусковой крючок. Сёма считает себя воином, а значит воюет только с солдатами. И я считаю себя солдатом и всё, кто сейчас находится на захваченном опорном пункте тоже считают себя солдатами. Это значит, что у нас свой кодекс. Пусть он в какой-то мере наивный и не понятный гражданскому обывателю, сидящему на диване перед экраном телевизора или монитором компьютера, он этот кодекс есть, и мы его чтим.

Сейчас наше подразделение – остатки 10 ОДШБ находятся в плотном кольце окружения. Противник повсюду. Окружили нас по полной, в два кольца. Мышь не проскочит. Идет пятый день круговой обороны.

На второй день осады нам с коптера сбросили «посылку» – упакованные в пенопласт хитроумные радиоприблуды, которые необходимо было интегрировать согласно прилагаемой схемы в оставшиеся в наследство от укропов американские сканеры и электронные девайсы.

Матерясь, шипя под нос ругательства и проклятия в адрес неизвестных мне производителей электроники и выслушивая советы от стоящих за спиной боевых товарищей, я кое-как справился с задачей. Спецаппаратура заработала и у нас появилась стабильная связь с неизвестным мне Центром, который выдавал материал для моих публикаций и видеообращений.