Гуси лапчатые. Юмористические картинки

Есть и пальтишки, подбитые ветром, есть ротонды, опушенные соболями, енотовые шубы, бобровые воротники и собачий мех. Чиновники делают дамам предпочтение и стараются отпустить их поскорей.

Вот показалась кокетливая шляпка, из-под которой виднеется хорошенькое свеженькое личико. Шуршит шелковое платье из-под тяжелого бархата пальто. Личико кой-кому кивнуло, кой с кем из женского пола чмокнулось в губы и направилось к чиновнику, раздающему жалованье. Вслед женскому личику послались завистливые взгляды. Какой-то актер, с красным носом, с большой папироской в мундштуке, в сильно поношенной шубе, кивнул головой и сказал:

– Из каких доходов таки шелка да бархат! Вишь, ряской-то как посвистывает! Словно иеромонах из Невского монастыря.

– Может быть, неразменный рубль нашла, – откликается другой актер с одутловатым лицом и порезанным подбородком от усердного бритья.

– Бабушка у них колдунья и им ворожит, – с таинственной улыбкой наклонился к актерам старичок-капельдинер и звонко понюхал табаку.

Проходит скромно одетая дама.

– Марья Савельевна! – окликает ее актер с красным носом. – Какими судьбами? Я думал уже, что вы умерли.

– Что вы! Типун бы вам на язык. Все еще служу.

– Служите? Ах, это очень интересно! Но, должно быть, вы в шапке-невидимке служите, потому что вот я с вами в одной труппе состою, а года два вас не видал.

– Очень может быть и больше, потому что я с семьдесят шестого года не была занята. Что ж делать, коли обо мне забыли.

– А жалованье-то вы не забываете?

– Зачем же забывать, коли дают. Да и как же не давать? Разве я виновата? Нет, я служу.

– В чем же заключается ваша служба? Манже, буар, дормир, сортир?

– Подите вы! Вечно с глупостями.

Дама отходит от актера и стремится к чиновнику.

– Вон Бубыркин глубокомысленно сморкается! – продолжает актер с красным носом. – Знаете, о чем он мечтает? – спрашивает он товарищей. – Тут хозяйственные интересы: «Получу 40 рублей и 66 копеек, сейчас, мол, на Сенную и куплю себе половину мороженого борова».

– Пенсильванский за шесть копеек фунт отыскал! – отвечал Бубыркин.

– Видите, как твердо хозяйство-то знает! Он тут как-то в роль вошел, так даже на сцене крикнул: «Кочан капусты – двугривенный!», а нужно было крикнуть: «Король со свитой!»

Хористы в рваных шубенках сгруппировались вместе и сбираются спрыскивать получку жалованья.