В ожидании наследства. Страница из жизни Кости Бережкова

В ожидании наследства. Страница из жизни Кости Бережкова

Николай Александрович Лейкин

Мастер сатиры XIX столетия Н.А. Лейкин выводит яркие людские типажи – самые узнаваемые и по сей день – в своем смешном, драматичном и нравоучительном романе из петербургской жизни. Купеческий сын Костя Бережков без ума от хорошенькой кафешантанной актрисы Надежды Ларионовны и готов для нее на любые подвиги. Дама сердца требует подношений в качестве доказательств его любви: шубу, лошадей с кучером, бриллиантовую брошку, постоянные угощения в ресторанах.

Николай Александрович Лейкин

В ожидании наследства

Страница из жизни Кости Бережкова

© «Центрполиграф», 2022

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2022

Глава I

Было часа два дня. Надежда Ларионовна, пухленькая блондинка лет двадцати пяти, фигурирующая в кафешантанном театрике «Увеселительный зал» исполнительницей куплетов, только еще восстала от сна и, сидя у себя в спальне на диване поджавши ножки, пила свой утренний кофе, когда к ней влетел розовый безбородый купеческий юноша Костя Бережков.

– Ну, так я и знала, что это вы! – с неудовольствием проговорила блондинка, надула губки и отодвинулась. – Не понимаю, зачем вы ко мне ходите!

Костя Бережков хотя и смутился, но сделал к ней несколько шагов и, протянув руку, проговорил:

– Здравствуй!

Блондинка спрятала руки в голубой фланелевый пеньюарчик и отвечала:

– И здороваться с вами не хочу.

– Да что это такое? Что такое случилось? – недоумевал Бережков.

– Ровно ничего, но я не желаю иметь с вами никаких делов. Я уже сказала вам об этом – вы и должны знать.

Стало быть, и ходить сюда незачем, также и кланяться незачем, потому, через это самое только ревность от посторонних личностев, а вам все равно от меня больше ничего не очистится.

– Каких посторонних личностев?

– Да мало ли есть посторонних личностев, которые в меня влюбившись и ухаживают! Они могут по своим капиталам мое счастие составить, а вы торчите и мешаете, потому через что – ревность.

– Голубушка, Наденька, да ведь я тебя по-прежнему люблю.

– Что мне толку, что вы меня только любите! Из одной вашей любви шубу не сошьешь. Не рассаживайтесь, не рассаживайтесь, пожалуйста… Вовсе я этого не желаю.