Наши забавники. Юмористические рассказы

Вы в своем интересе, а мы сами по себе, – огрызается миловидная горничная.

Кучер презрительно скашивает глаза.

– У, волчья шерсть! Туда же, барыню разыгрывает, – цедит он сквозь зубы. – За чиновника из топтательного департамента замуж сбираешься, что ли?

Тут же две бабы. Одна из них качает головою и повествует товарке:

– И живет она, Дарьюшка, у этих самых жидов в кормилицах, и целые-то дни убивается. Прибежит это к нам в дворницкую и заплачет. «Господи, – говорит, – что мне на том свете будет за то, что я жидовского ребенка христианской грудью кормлю!» А житье хорошее: одежи гибель, пищи вволю, и вся с господского стола.

– Зачем же она к жидам в кормилицы-то пошла? – возражает другая баба.

– Да надули ее, сказали, что немцы, а потом оказалось, что жиды некрещеные.

Официант пронес на подносе ягоды.

– Господи! – всплеснула руками кухарка. – Вот сквалыги-то! Клубника по восьми копеек фунт, а они вздумали ею гостей потчевать! Настоящие немцы! Говорят, и доктор-то он по скотской части.

– Да это не клубника, a «Виктория», – замечает лакей.

– Ну вот! Будто я клубники от «Виктории» отличить не могу!

– А я вам говорю, что «Виктория», потому видел даже, как баба принесла им ее с огорода. Конечно, коли бы ежели они были настоящие господа, то могли ананас купить, но все-таки это «Виктория», а не клубника.

Начинается спор. Кухарка корит лакея «ваксой», тот ее – «мутовкой». Другая кухарка просовывает руку в решетку и манит к себе солдата-музыканта.

– Кавалер, кавалер! – говорит она.

Солдат улыбается и крутит ус.

– А вы позовите меня в воскресенье к себе в гости кофий пить, так я вам не токмо что две ягоды, а целый фунт вам в презент предоставлю, – шепчет он.

– Подите вы! – жеманится кухарка. – Как же я вас к себе позову, если вы для меня встречный-поперечный и даже совсем не знакомый.

– Теперь незнакомый, а приду, так и познакомимся.

– Зачем же я вам буду говорить? Это очень конфузно с первого раза. Я живу по Косому переулку, дача № 137.

– Ну вот, значит, я приду в воскресенье, – любезничает солдат.

– Прийти придете, а меня все-таки не разыщете, потому моего имени не знаете. Вы будете искать какую-нибудь Наталью, а я Татьяна.

– Я Татьяну и спрошу.

– Тоже можете ошибиться. У нас на дворе две Татьяны. Я у купцов живу, а другая Татьяна – у аптекаря.