Шакалы

Главное, Юлии, с которой Алентов хотел увидеться и поговорить, нет дома, она только завтра возвращается из Парижа.

Николай пил мало, шампанское и сухое вино по настроению, но неловкая ситуация: мужчина-коммунист, моловший чушь по соседству и требующий к себе внимания, вывел Алентова из равновесия, и он выпил три рюмки водки. А делать этого не следовало.

Помощник Президента Ждан и вице-премьер Барчук говорили, естественно, о предстоящих выборах.

– Президенту не выиграть с первого захода, – говорил Ждан.

 – Чечня, как застрявшая меж ребер пуля, не дает дышать нормально.

– В него никто не стрелял, мужчина обязан уметь обращаться с оружием и не допускать самострела, – ответил Барчук, наливая в бокал жены легкое вино.

– Мужчины, вы способны хоть на час отвлечься от своих споров? – капризным тоном спросила супруга Ждана.

– Вероника, прошу, – остановил ее муж и повернулся к Барчуку: – Анатолий Владимирович, сегодня уже не установить, кто стрелял. Мы все стоим перед выбором. Я не говорю, что Президент святой, но если он проиграет и к власти придут коммунисты…

– И при них жили, да не при теперешних, те, старые, были покруче, – перебил Барчук.

 – Мне лично все одно. Придут коммунисты, правительство слетит, останется Президент, тоже всех до единого сдаст. Я живу стабильно только до июня, потом придется крутиться.

– Что ты все о себе! А Россия, народ? – возмутился Ждан.

Барчук слегка отодвинулся от стола, оглядел соседа, усмехнулся, покачал головой:

– Не валяй дурака! Россия! Народ! Ты о себе думаешь, я – о себе, и не стоит кривляться.

Мы с тобой профессионалы, любой власти нужны. Службистам сложнее, – он кивнул на сидевших напротив генерала и полковника.

Контрразведчик перехватил взгляд вице-премьера, улыбнулся и громко спросил:

– Обсуждаем виды на урожай?

Барчук сделал вид, что не расслышал, а сидевший рядом с Володиным Севостьянов сказал:

– Степан Сидорович, между нами, что сегодня в Париже произошло?

– Ты, Юрий Иванович, о чем? – фальшиво удивился контрразведчик.

– Не прикидывайся, коли нам известно, так вам и тем более. – Севостьянов взглянул на хозяина и его супругу. – Выдержанные люди, словно с их дочкой и не случилось ничего.

– Так ведь все путем, обошлось, – тихо ответил Володин. – Я действительно толком ничего не знаю. Какая-то драка у гостиницы, Юлии стало плохо, и завтра она прилетает. А что девчонку хотели силой увезти, я не верю. Если бы хотели, так и увезли бы.