Почерк палача

Котов заставлял друга читать в свободное время Библию, в иудейскую веру не перевел, но уважать свой народ заставил. Все это не имело к работе никакого отношения, но Гуров считал, что у хорошей пары оперативников должна на двоих иметься одна пуповина. По такому принципу группа и была слеплена: Гуров – Крячко четверть века вместе на оперативной работе. Нестеренко и Котов столько же в милиции и никак не могут решить между собой вопрос о происхождении Христа.

Генерал Орлов стоял несколько в стороне, своих ребят он любил, следил, чтобы не шалили, и даже себе не признавался, что завидует интуиции и таланту Гурова.

– Господин следователь прокуратуры, мы вас внимательно слушаем. Гриша, записывай, – сказал Станислав.

– Сегодня же съездить в больницу к жене погибшего. Главный вопрос. Находился ли он дома вчера вечером, когда пришел, ушел, как себя вел, что говорил? Почему деньги, собранные бригадой, не оставил дома? Лев Иванович, это я попрошу сделать вас. Еще нужно побеседовать с людьми из группировок Сухого и Крещеного, выслушать их мнение об убийстве.

– А не мало мне будет, Игорь? – ласково поинтересовался Станислав.

– Окажется мало – добавим, – вставил Гуров.

– Кстати, Лев Иванович, надо бы съездить в морг, выяснить все о пуле, – невозмутимо продолжал Гойда. – Валентин и Григорий, вы не были на месте преступления, как я понимаю, Лев Иванович сделал это умышленно. Поезжайте, почувствуйте атмосферу, установите, с кем из рабочих Полоза поддерживал связь убитый.

– Да кто же нам скажет? – возмутился Нестеренко.

– Никто, – ответил Котов. – Для этого и требуется такой нос, как у меня, тут унюхать надобно. И твоего боевого коня мы сначала загоняем на яму в хозяйство Полоза, потом я торгуюсь и мы перегоняем его к Рощину.

– Вроде до утра, господа сыщики, вам работы хватит, – задумчиво произнес Гойда. – Затем мне очень не нравится сам выстрел в затылок. Выстрел палача. Придется покопаться в биографиях.

– Ну, слава богу, – облегченно сказал Станислав. – А то я уже решил, что ты деваху завел.

– Лев Иванович, у вас что имеется? – спросил Гойда.

– Имеется, но не скажу, – ответил Гуров. – Понимаешь, Игорь, поешь ты здорово, но души в твоих словах нет. Ты каждому оболтусу обязан внушить, что только на него и надежда. Иначе они и работать будут, как ты излагаешь, от сих и до сих. Десять минут на треп и пошли.