Пир во время чумы

Орлову же приходилось носить мундир постоянно, он редко выезжал на место преступления, чаще его вызывало высокое начальство, и приходилось соответствовать. Хотя Орлов терпеть не мог тесного мундира, вот и сейчас, сунув палец за воротник, дернул с остервенением – пуговица отскочила, и генерал вздохнул с облегчением. Он внимательно взглянул на Гурова, затем на Крячко, сказал:

– Телевизор не включаете, газет не читаете. Хотя сегодняшние газеты еще не успели дать сообщение. Вчера в Москве убита депутат Думы, известная правозащитница Галина Старова.

– Дожили. – Станислав поморщился.

Гуров возился с сигаретами, как бы между делом спросил:

– Президент взял дело под личный контроль?

– Не изображай из себя шута! – Орлов шарахнул кулаком по столу. – Человека убили! Женщину! Депутата! А ты – старший оперуполномоченный по особо важным делам…

– Извини, Петр, я помню, кто я, – перебил Гуров. – Убежден, прокуратура на месте, ФСБ на месте, им менты-сыщики только помеха.

– Не ерничай, черт тебя побери! – расшумелся Орлов.

– Я считаю, что все края закопали в Чечне, – дерзко ответил Гуров. – Там тысячи неопознанных человеческих трупов. А в Москве убивают ежедневно и депутатов, и финансистов, и банкиров. Сейчас в этом обвиняют ребят из ФСБ. Так что извините, господин генерал-лейтенант, я не вижу, чем сегодняшнее преступление отличается от всех предыдущих. Нас вот даже не подняли, не оповестили, значит, власти того же мнения. И личный контроль Президента нам не в новость.

– Прения прекратили, я согласовал вопрос с руководством, вы оба отправляетесь в командировку.

– В Питер? – спросил Станислав.

– Там людей хватает. – Орлов провел короткопалой ладонью по лицу, словно отер пот. – Отправитесь в Котунь. – Генерал взглянул на Гурова. – Тебе город знаком?

– Да уж. – Гуров вздохнул. Он в этом городе три года назад схватился насмерть с местной коррупцией, чудом остался жив. – Извини, а почему именно туда?

– Убийство совершено из американского оружия – пистолета «беретта-гардонс» и пулемета «агран-2000».

Станислав молчал, тут не до шуток, а в серьезных вопросах его слово последнее.

– И как ты представляешь нашу поездку? – спросил Гуров.