Опасная профессия

Засунув дужку в рот, он выуживал из пепельницы «бычок», хотя две пачки «Беломора» лежали рядом.

– В общем, так: если к тебе присылают человека, сначала выясни, что представляют его документы, – начальник бросил рассыпавшийся окурок и взял целую папиросу. – Это не простые бумажки, а, так сказать, плод труда твоего товарища. Он где-то там, далеко, – Михаил Фролыч махнул рукой на окно, – писал эти документы, старался, чтобы тебе, дураку, было легче.

После «дурака» Олег закурил. Раз «дурак», значит, официальная часть закончилась.

– В общем, этот самый психологизм можешь употреблять только в качестве довеска к основным обязанностям. А не разменивать их на всякие штучки-дрючки, – он замолчал и перевел дух так тяжело, будто поднялся на десятый этаж. – И вообще, – Михаил Фролыч пошевелил пальцами, – как это говорится…

– Кроме высшего образования, надо иметь хотя бы среднюю сообразительность, – поспешно сказал Олег.

– Во. Хотя бы среднюю, – Михаил Фролыч откинулся в кресле и, щурясь, посмотрел Олегу в лицо.

 – Панкратова я знаю со дня его рождения. Я был в два раза опытнее тебя, когда он сидел в этом кабинете с первым приводом. Пять лет назад Панкратова арестовали за коридорные кражи, и не думаю, чтобы он явился в милицию на второй день после прибытия в Москву.

Олег хотел было вставить слово, но начальник махнул рукой.

– Не плюй против ветра. Выясни в паспортном столе дату его прибытия в Москву. Его окружение. Приехал один или нет. Если не один, то с кем именно.

И учти, что у Панкратова диплома нет, но, – Михаил Фролыч постучал пальцем по виску, – с этим вопросом у него в порядке. Он очень опасен своим влиянием на ребят. Ясно? Работай сейчас, если хочешь спать спокойно потом.

– Я не ради спокойствия пришел в уголовный розыск, – Олег встал.

Начальник рассмеялся, потом, медленно выговаривая слова, сказал:

– Можно выразиться иначе. Инспектор уголовного розыска Хромов в данной ситуации должен приложить максимум знаний и энергии, чтобы уберечь самого Панкратова, уберечь людей, честно зарабатывающих свой хлеб и свое добро.

Топай, лекция окончена. – Он стал выуживать в пепельнице очередной окурок.

Участок представлял собой правильный четырехугольник. Высокие благоустроенные дома по Садовому кольцу, проспекту Калинина и набережной – это фасад. Внутри в основном трехэтажные строения, облупившиеся, перенаселенные.

«Старая Москва. Живут нелегко, – сказал начальник, когда знакомил Олега с участком.