Опасная профессия

Олег впился взглядом в стриженый затылок и, подойдя, тронул его за плечо.

– Добрый вечер, Прошин. Рад познакомиться, – он изобразил на своем лице улыбку.

Мужчина повернулся вместе со стулом и поднял голову.

– Ты кто такой? – спросил незнакомец. Он был рыж, белокож и голубоглаз.

– Ах ты, падла рваная!

Олег повернулся на крик. В дверях стоял Орехов с топором в руках.

Олег не испугался. И не потому, что был отчаянно храбр. Просто этот человечек, почти сидящий – так низко он пригнулся – на пороге, с дрожащим ртом и трясущейся на тонкой шее головой не мог напугать, даже если бы держал в руках атомную бомбу.

Орехов волочил топор по полу, закатывал глаза и тихо подвывал.

Олег выбил топор ударом ноги и удивленно спросил:

– Ты что, рехнулся, парень?

Орехов схватил Олега за борт плаща и быстро заговорил:

– Ты что повадился ко мне? Я что – вор? Ну, сидел. Сидел. С каждым бывает. Так что мне теперь – и жизни нет?

Олег недоуменно посмотрел на окруживших его мужчин.

– Нехорошо, начальник.

– Не будем мешать, ребята. У Ореха дела с милицией. Двое дерутся, третий – не лезь. Пошли отсюда.

Олег посмотрел в лицо говорившего. Черные влажные глаза, приплюснутый нос, чуть вывернутые полные губы. Вот он – Прошин. Он стоял на пороге комнаты – маленький, с вислыми плечами – и улыбался Олегу. Пять метров и пять человек отделяло Олега от Прошина.

Олег оторвал от себя вялые руки Орехова и сделал шаг к двери.

– Мы можем идти, начальник? – рыжий загородил ему дорогу и полез в карман. – Или документы проверять будешь? – Он серьезно и даже с участием смотрел Олегу в лицо. – Вот мой паспорт.

Олег увидел, как Прошин исчез в коридоре, и машинально посмотрел документ.

– Может, еще встретимся, Сазонов, – пробормотал он, возвращая паспорт владельцу.

Угроза получилась по-мальчишески неубедительной.

Рыжий спрятал паспорт, подошел к столу, взял сверток с закуской и стакан.

– И кого в угро набирают… – Он сокрушенно покачал головой и последним вышел из комнаты.

Орехов сидел за столом и дрожащими руками сливал в стакан остатки водки.

– Утром зайдите в отделение, – сказал зачем-то Олег и медленно вышел из комнаты.

Олег вытер клеенку, взял свою любимую чашку, наполнил ее на две трети черной ароматной жидкостью и закурил. Сегодня ритуал «кофе-сигарета» особенно приятен.