Коррупция

Гуров провел ладонью по глазам, выпил, поцеловал жену в затылок, прошел к входной двери, запер на ключ и сказал:

– Телефон отключи. Будить только в случае пожара. – Он, не раздеваясь, лег, сунул ключ под подушку и закрыл глаза.

Выполняя полученный приказ, Эфенди прилетел в Москву с группой из пяти человек. Он был не согласен с начальством. Эти люди годились только для тайги или Средней Азии, и то лишь для провинции, минуя крупные города. В Москве, которую и многоопытный Эфенди боялся и терпеть не мог, парни были совершенно лишними, опасными.

Поздоровались сдержанно, о здоровье не спрашивали – были знакомы давно, хотя связи и не поддерживали. Что может быть общего у финансиста и бандита? Лебедев сравнительно недавно узнал, что является фигурой не самостоятельной, есть люди и покрупнее, которые уже несколько лет использовали его «втемную», не раскрываясь, но помогая в операциях, реализовывая через него свою реальную власть, получая наличные деньги.

– Прибыл Эфенди, поживет у тебя.

– Да я только что оттуда, – сказал Лебедев. – Могу находиться под наблюдением.

– Ты находишься только под нашим наблюдением. Патрон велел передать, что все средства, которыми ты обладаешь, принадлежат Корпорации. С сегодняшнего дня ты лишь казначей и полноправный акционер, – сказал посыльный, оставил чемодан и ушел.

Лебедев испугался, что в чемодане наркотики, тут же открыл его и тщательно осмотрел. Но, кроме костюма, плаща, обуви и прочей одежды, ничего не нашел и успокоился.

«Они имеют право, – рассудил Лебедев. – Освободили меня мгновенно, Иван Сыч, единственный человек, который мог спалить меня, мертв. А деньги? Что деньги? Фантики. Связь у них отлажена, власть практически не ограничена, лучше быть седьмым в упряжке, но на свободе, чем вожаком в одиночной камере».

Эфенди брился в ванной у зеркала, поглядывая на Лебедева, который стоял в дверях и крутил между пальцев связку ключей. Эфенди протер лицо одеколоном, прошел мимо хозяина и, скинув халат, начал молча одеваться.

Лебедев наблюдал за гостем, отметил, как ловко тот повязал галстук, и подумал, что недооценивает этого человека, он совсем не так неотесан и прост, и не зря Патрон благоволит к нему.