Дьявол в раю

Когда Еланчук вернулся, Мария тем же невинным голосом, что и в первый раз, сообщила:

– Внимание! Появился второй шпион. – Перешла на шепот: – Он пошел следом за немцем. – Роль сыщика ей явно нравилась.

– Простите, Мария, почему вы решили, что кто-то за кем-то следит? Возможно, люди просто гуляют.

– Интуиция! Если хотите, ясновидение, – пожала она плечами, но в ее голосе прозвучала уверенность.

– Для наблюдения нет смысла, – повернулся Еланчук к Гурову. – Ты понимаешь меня.

Гуров понимал: засечь момент передачи посылки практически невозможно.

– В любом случае никто не станет выбирать местом встречи волнорез да еще поздним вечером, когда за милую душу можно провести операцию при свете дня.

– Приземленные вы мужики, – тяжело вздохнула Мария. – Никакой романтики!

Гуров давно уяснил, спорить с женщиной – занятие бессмысленное и глупое. Возражать не стал:

– Умничка, Машенька, мужики начисто лишены романтики. Но теперь она у нас появится.

– Пока в кустах над нашей головой не поставят «жучок», – добавил Еланчук.

– Подслушивать можно без допотопных «жучков», просто направленным лучом, – как бы между прочим, однако не без чувства превосходства в голосе, произнесла новоявленная разведчица.

Гуров удивленно вскинул брови, насмешливо хмыкнул:

– Все всё знают. Пожинаем плоды демократии!

Со стороны волнореза послышался громкий всплеск.

– Сидите спокойно! Вы ничего не видели и не знаете. – Но спустя минуту не выдержал: – И что же там интересного произошло?

Гуров рассматривал огонек сигареты, дожидаясь, когда наступит его очередь удовлетворить профессиональное любопытство коллеги:

– Кажется, там произошла дружеская потасовка, в результате чего кому-то пришлось искупаться в ночном море.

Не больше эмоций выразил и Еланчук.

– Бессердечные вы людишки! – возмутилась Мария, стукнув кулачком по столу. – Вместо того чтобы ловить бандита, сидите и еще посмеиваетесь!

– Ты же умница, – Гуров мягко накрыл ладонью руку Марии, – разве респектабельные туристы гоняются за неизвестными? А во-вторых, не волнуйся, сейчас твой пловец уже, наверное, выбирается на берег. Не будь я Гуров.