Академия

Кот затаился на чердаке и оказывал яростное сопротивление стражу порядка, но Варфоломей, изловчившись, все же сумел запихать его в хозяйственную сумку. Так и принес этот истошно мяукающий багаж старушке, в результате чего надолго стал в отделении объектом шуток. Однако сама старушка не видела в его поступке ничего смешного, а наоборот, была уверена, что он совершил благородное дело. И, едва не плача от счастья, вручила Варфоломею, несмотря на его упорное нежелание принимать подобный дар, эту старую Библию. «Бери, бери, сынок, в трудную минуту она тебе пригодится», – сказала старая женщина.

«Вот ведь, как все оказывается связано в нашей жизни. И этот давний его поступок, и фотография деда, и Библия, и те смутные загадки, что мучают его сейчас… Выходит, ничто не бывает случайным, все предопределено, все имеет свой смысл, надо только уловить его», – размышлял Варфоломей, приставляя стремянку к шкафу, чтобы добраться до Священного писания иудеев и христиан.

Он никогда не отличался набожностью, но Библию иногда почитывал, содержание ее знал, поскольку считал, что каждый мало-мальски образованный человек должен быть знаком с этой книгой.

Достав ее, он тут же погрузился в чтение, сидя прямо на верхней ступеньке стремянки. К своему удивлению, он обнаружил, что вроде бы знакомый текст предстает перед ним совсем по-иному, чем прежде.

То, что раньше казалось ему сказкой, легендой, ну, в крайнем случае, поучительной притчей, теперь вдруг словно бы проникало к нему в душу, вызывая в душе ответный отзвук.

Уже закрыв Библию, он долго сидел в молчаливой задумчивости. Что-то странное творилось в его душе.

«Уж не креститься ли мне», – неожиданно подумал Варфоломей и даже попробовал – получится ли? – осенить себя крестным знамением, но тут стремянка под ним угрожающе заскрипела и зашаталась. Так что Варфоломей поспешил с нее слезть, прихватив с собой Библию.

Он устроился, было, на диване, но болезнь, никак не желавшая отпускать его, напомнила о себе, обдав противной слабостью. Он лег, однако лежать было тоскливо, и он привычно щелкнул пультом телевизора.

Телевидение, как всегда, умудрялось по всем каналам гнать одну рекламу, и Варфоломей уже совсем собрался выключить эту бодягу и попытаться уснуть, как вдруг его внимание привлекла трансляция какого-то богослужения.