На 3/4 живой

Большие. На одной из них еще сохранился шматок кровавого мяса.

Андрея пробила нервная дрожь. Он поднял глаза вверх и прямо перед собой увидел пару горящих глаз…

– Фу ты!!! – вырвалось у него.

Он невольно попятился. Правая рука скребла по бедру и никак не могла найти рукоять меча. Отступать было некуда. Он оказался заперт между раскрытыми воротами, за которыми догорал день и глухой стеной. Между ним и дверью возвышался массивный силуэт.

«До дверного проема я не добегу», – мелькнула со скоростью молнии мысль.

– Здравствуй, – сказал ему кто-то.

– Здравствуй, – автоматически ответил Андрей. Он не узнал своего голоса. Колени предательски дрожали.

– Ты с Полковником?

– Да, – его голос дрожал.

– Хорошо, – сказал кто-то бесстрастно.

В ту же секунду в помещение ворвался сам Полковник. В одной руке он держал горящий факел, в другой оголенный меч.

– Слава богу! – произнес он, успокаиваясь. – Вы уже успели познакомиться?

При свете факела Андрей разглядел своего таинственного собеседника.

– Это Гораций. Прошу любить и жаловать. Гораций, а это – Андрей. Он друг.

– Друг, – повторил тот. – Кушать хочешь?

– У нас есть еда, Гораций. Пойдем с нами, – предложил дракону Полковник.

Повернулся к Андрею:

– Ну и напугал же ты нас!

– Вы их давно знаете? – голос Андрея уже слушался его.

Втроем они обогнули здание, и подошли к большому костру, возле которого колдовал Драко.

– Лет пятнадцать назад приполз он к нам, в Гарнизон, – рассказывал историю дракона Полковник. – Израненный весь, глаза умоляющие. Морда вся в малине перепачкана. Не иначе, как с медведем тогда повздорил. Шуму своим появлением немало наделал. Подлечили мы его, конечно. Имя это я ему дал – Гораций. Неплохо, да? Их здесь в округе шестеро. От нас далеко не отходят. Прижились. Гораций, где твои то? Обидятся на тебя, что один ешь, а их не приглашаешь.

Гораций в ответ что-то пробурчал с набитой пастью и махнул лапой: дескать, самому мало. Он с аппетитом уминал сейчас одну из разогретых на костре куриц, которых Полковник взял в дорогу. Запах вкусного жаркого стоял сумасшедший.

– Это для них деликатес. Маму родную за курицу продадут! – пояснил он очевидную для Андрея истину.

Как бы в подтверждение его слов, из ближайших кустов выглянули три любопытные морды, привлеченные запахом любимой пищи.