Гнев Неба

– Можно просто Даша, – улыбнулась Дарья Илларионовна и протянула Леониду руку. – Андрей Иннокентьевич, что же вы держите своего друга на холоде? Зовите в дом, будем пить чай, – и, грациозно развернувшись, направилась к хозяйскому особняку.

За столом Леонида было не узнать. Всегда сдержанный и немногословный, он целый вечер сыпал шутками и рассказывал забавные истории. Даша слушала его, тепло улыбалась и подливала чай. Когда она нечаянно коснулась его руки, он покраснел, смутился и чуть не опрокинул чашку.

Крепко вас зацепило батенька, радуясь за друга, подумал Андрей.

– А ты знаешь, кого я сегодня видел? – прервал его размышления Леонид.

– Кого?

– Марину.

– Она что, в городе?

– Уже месяц. Вернулась сразу после развода. А ты не знал?

– Что же ты сразу не сказал? – Андрей отложил салфетку. – Извините, Дарья Илларионовна, Леонид, я должен срочно покинуть вас.

– Андрей, постой! – пытался остановить его Леонид. – Дарья Илларионовна, как же так?

– Успокойтесь, Леонид Николаевич, если наш Андрей Иннокентьевич что решил – его не остановить.

– Что вы, Дарья Илларионовна, как можно?

– Тогда будем пить чай, а вы мне расскажите о Марине, из-за которой мы только что потеряли господина Лопатина.

Через час Андрей стоял у дверей квартиры Марины.

Пронзительно затрещал звонок, оповещая хозяйку о гостях.

– Минуту, – послышался голос за дверью. – Ты?

Все заготовленные слова вылетели из его головы.

– Я.

– Входи.

Он переступил порог и огляделся: всё было по-прежнему. Та же обстановка, те же портьеры, даже абажур над столом в столовой.

– Это – тебе, – спохватился он, передавая букет цветов.

– Розы? Не забыл мои любимые цветы?

– Не забыл.

Она хотела ещё что-то сказать, но он решительно шагнул вперёд и закрыл её рот поцелуем.

Она уронила букет, встала на цыпочки и обхватила его шею руками. В этом поцелуе были и страсть, и раскаяние, и ответы на все незаданные, да уже и ненужные вопросы.

Он подхватил её на руки и понёс в спальню.

Она пыталась что-то сказать.

– Потом, всё потом, – шептал он, горячо целуя её и освобождая от непослушного платья.

Вслед полетели его сабля, мундир и рубаха.

– Чулки.

Она потянулась к поясу.

Гора пышных подушек, освобождая место, разлетелась по комнате.

Его нетерпеливая ладонь прошлась по её смуглой груди с предательски набухшими сосками. Ненасытные губы, поочерёдно целуя, накрыли их.