Серия криминальных детективов «Погоня». Том 1

Толстая физиономия Корнея уткнулась в тарелку, а Макар с набитым ртом спросил: – Ну, что сказал хозяин?

– На сегодняшний вечер, нам необходимо подкрепление, – ответил Хамза. – Скажешь Лёхе—спецназовцу, чтобы взял двух парней с волынами.

Макар настороженно глядел на него. – Заварушка намечается, – проронил он.

– Да, нам нужно оцепить ночной клуб на Вернадского, где в прошлый раз ты снял блондинку. Помнишь?

– Как не помнить?

– Так вот, доедай и топай к Лёхе, – сказал Хамза, – в десять вечера встречаемся возле «Орлика».

Макар кивнул, дожевывая пищу, влил в себя стакан сока и двинулся на выход.

***

Макс Гордон в течение длительного времени руководил одним из секретных управлений ФСБ. С приходом нового руководства ожидались перемены и кадровые чистки. Ему могли припомнить некоторые ошибки в работе, в том числе таинственное исчезновение документов нового ракетного двигателя. За период работы, он нажил себе врага в лице генерала Якушева, который ранее был его заместителем.

В кулуарах конторы о Гордоне ходили разные слухи, прогнозировали даже его скорую отставку. Гордон чувствовал, что кресло под ним начинает шататься. Нужно было срочно исправлять ошибки. На поиск документов, он бросил лучшие силы, но всё это время одни оперативники шли по ложному следу, а другие топтались на месте. Странный телефонный звонок в его приёмную не придал энтузиазма: он почувствовал некий подвох.

Генерал Гордон находился в служебном кабинете. Он взглянул на настенные часы, было семь часов вечера. Гордон встал из—за стола, накинул плащ и вышел из кабинета. Он неторопливо спустился по ступенькам вниз к дежурному и вызвал машину. Скоро ему доложили, что автомобиль у подъезда. Гордон вышел из парадной двери, приблизился к машине и сел на заднее сиденье. «Мерседес» заурчал и поехал.

Моросил осенний дождь. Гордон ехал по вечерней столице. Машин на улицах не стало меньше. Хорошее освещение позволяло созерцать красивые фешенебельные здания, супермаркеты и рестораны, созывающие посетителей яркими вывесками и бегающими неоновыми огнями. Он глядел на всё это великолепие, но настроение было хмурое. Сейчас всё его естество было охвачено мыслями о смерти Фомичёва. Кто пытал его? Кому понадобилось его убивать? Ответов он не находил.