Марионетка. Детектив

* * *

Андреев находился в своем служебном кабинете в здании УВД. Он готовил план оперативных мероприятий под кодовым наименованием «Земляки». Исследуя документы, привезенные из Москвы, он обнаружил в них много нового для себя. Неожиданно раздался телефонный звонок. Сыщик поднял трубку и услышал:

– Андрей Николаевич, зайдите ко мне.

– Сейчас буду, – ответил он полковнику Бабкину, который исполнял обязанности начальника УВД.

Через несколько минут Андреев вошел в кабинет Бабкина.

– Разрешите, товарищ полковник?

– Входи!

Андреев подошел к столу, за которым сидел начальник, и остановился.

– Андрей Николаевич, вы по каким делам ездили в Москву? Вы прекрасно знаете, что есть приказ начальника УВД, что всем, кто включен в оперативно-следственную группу по расследованию серии последних убийств, выезд за пределы города и области без разрешения руководства запрещен. Вам данный приказ извещен под роспись.

– Мне необходимо было срочно быть в Москве по семейным делам. Обстоятельства изложить я не могу, потому что это сугубо личное и семейное дело, – соврал Андреев.

– В таком случае объявляю вам строгий выговор, – и, продолжая, Бабкин добавил: – Теперь объясните мне текст вот этой стенограммы, которую представили сотрудники технического отдела.

При этом он передал Андрееву лист печатного текста. Андреев внимательно прочитал текст и понял, что это стенограмма его беседы по телефону со следователем прокуратуры Столетовым, где он предупреждал о визите оперативников на квартиру Хитровой.

Андрееву ничего другого не оставалось, как идти «ва-банк»:

– Я не скрываю данный факт. Считал и считаю своим долгом уведомить следователя о нарушениях законности, которые исходят от сотрудников милиции, и полагаю, что те права, которыми облечены сотрудники милиции, не дают им оснований злоупотреблять этим, а тем более идти на прямое нарушение уголовно-процессуального законодательства.

От услышанного жирное лицо Бабкина побагровело, и он, еле сдерживая эмоции, зашипел:

– Нет, вы ошибаетесь, это называется по-другому, никак иначе, как предательство интересов службы, и как профессионал вы должны понимать, что за нарушение этой нормы закона к вам будут применены суровые меры дисциплинарного воздействия. Я сегодня же подпишу приказ о вашем полном служебном несоответствии. Вы свободны.