Звено цепи

Медитация поможет восстановить и излечить. Хороший он старик, терпеливый и размеренный, всё у него не спеша и потихоньку. Прожил у него почти месяц, только мне ещё хуже стало. Мастер Лао тогда сказал, что мое вместилище духа разрушается и это не остановить, на всё воля Будды, перерождение близко. Я тогда чуть на хер его не послал, а сейчас и не знаю, может он просвещенный…

– Дядь, опять задумался?

– На то мне и голова, чтобы… – надо же! Я так ушел в воспоминания, что и не заметил, как пришел на полигон, ещё и чуть не прошел мимо.

– Чтобы что? Чего замолчал?

– Задумываться. Мы же не опоздали? – на трибунах народу собралось, как на ежегодный турнир, а вон и вся моя родня. Аиркесс что–то пытался мне сказать, но почему–то молча смотрел, потом развернулся и ушел. А вот Аратс, это который четвертый принц, братец мой с розовыми волосами… подошел и сказал, что прощает мне всё. Чудила. Я ещё ничего ему не сделал, хотя планы уже строю.

– Ламия тоже уже здесь.

Смотрит не хорошо, дядь… словно убить хочет.

– Скорее всего, так и есть. Моя семья в курсе, поэтому так странно вели себя на завтраке, тьфу! На ромсесе… мне до сих пор интересно, почему нельзя назвать утро утром?

– Здесь солнца нет, оно не встает и не садится…

– Значит, в Соуме утро есть утро. Здорово.

– Дядь! Как ты можешь о такой ерунде думать, когда нас убивать собрались! – сейчас разревется моя птица–говорун.

– Успокойся. Я не собираюсь умирать, а ты не вмешивайся.

Поняла? Это пацанские дела и разборки.

– Я вмешаюсь, если совсем худо будет, – это что сейчас было? Бунт на корабле?

– Слышишь ты, женщина, не смей лезть, ты услышала меня? – смотрю на свою курицу, а она пятится от меня, испугалась? Пусть так, но чтобы не рыпалась. Я знаю, что у меня шансов нет, но и у змея есть слабости, пусть в себя я заглянуть не смог, там одна чернота, но я в подробностях вспомнил бои, где сражались ламии, вспомнил, как брат Фаут нашинковал одного.

 – Есть у меня план, так что не вмешивайся в дуэль. Если встрянешь, нас потом с говном сожрут те милые монстры, что моей родней зовутся, – ну и чтобы закрепить речь уверенного мужика, надо приласкать слабый пол, что я и сделал, погладив по голове и спинке. Вроде бы помогло.

– Хорошо, дядь. Давно хотела сказать… – достала! Опять эти драматические паузы и вздохи!

– Говори, а то опять забудешь, курица ты моя.