Эпоха перемен

На лестнице столкнулся с Витьком, бывшим прапорщиком с пятого этажа. И как он там один живёт? Кроме него на пятом в живых уже никого не осталось. Сосед был одет в старый полевой камуфляж и, даже, на ноги напялил стоптанные берцы. В такую-то жару!

– О! Костян! – обрадовался он мне, словно родному. – Тоже за пайком?

– А куда же ещё? За ним, родимым.

– Пошли. Вместе веселее, – потряс перед моим лицом видавшим виды вещмешком Витёк.

Вместе, действительно, веселее и не так опасно. Мне, вообще, пришла в голову мысль, что мы все ходим к машине каждое утро, но, как-то поодиночке, хмуро здороваясь в очереди.

А, ведь, можно скооперироваться всем подъездом, и тогда ни одна сволочь не посмеет покуситься на наши продукты. Нас, правда, немного осталось, но, случись что, отбиться реально можно.

– Слушай, а почему мы раньше толпой не ходили? – поделился я с соседом своими мыслями. – Толпой же безопаснее.

– Не очень-то большая толпа получается, – погрустнел Витёк. – Пятый этаж – только я. Четвёртый – дядя Гриша с женой и Мишка.

Но Мишка не в счёт. Он уже неделю в запое и уже, по-моему, словил белочку. Так что не боец.

– Странно. Откуда он столько бухла взял?

– У него родственники неподалёку в частном секторе жили. Дядя с семьёй. Умерли. Так он, типа, в права наследования ходил вступать, и самогонку у них нашёл. Не знаю сколько, но много. Несколько дней всё домой перетаскивал. У него дядя, оказывается, знатный самогонщик был. Вот он и подсел на эти запасы. А дядя Гриша тоже, как боевая единица – скорее, минус единица.

На третьем – ты. И всё.

– Как всё? А остальные?

– А остальные – бабы, которых нам защищать нужно будет, если с ними ходить.

– Ну, не скажи. Та же тётя Тая, чувствую, ещё тот танк, если на её кровное покуситься. И, потом, ты про того парня со второго этажа забыл.

– Про Серёгу, что ли?

– Наверное.

– Так, нет его.

– Как нет? Умер?

– Не знаю. Он четыре дня назад жену с детьми в труповозку сдал. А позавчера ушёл куда-то и больше не возвращался.

Может, подался куда.

– Куда подался? Вокруг города блок посты, а за ними деревенские, которые убивают всех, кто за границу умудрится выскочить.

– Ну, тогда убили. А, может, заразился и сам умер.

– Умеешь ты успокоить.

– Правда жизни. Не вижу смысла приукрашивать действительность.

– Но и сгущать краски тоже не стоит.

– А я и не сгущаю.

– Слушай, а откуда ты столько про всех знаешь?

– С людьми общаться надо, а не как ты.