Эпоха перемен

– Что за флаеры?

– Телефоны, по которым можно заказать продукты и товары первой необходимости. А ещё, график дезинфекции и уборки подъездов.

– И зачем нам этот график, если даже из квартиры не выйти?

– Чтобы знать, к какому времени выставить за дверь мусор. Нас же к мусорным бакам не выпустят, а тонуть в мусоре дома никто не собирается. Это же дополнительная антисанитария.

– Всё продумали, гады. Заточили в темницу!

– Ничего. Главное, самим эту заразу не подхватить. А остальное мелочи. Не до конца же своей жизни мы обречены на сидение в четырёх стенах! Тем более, что в городе что-то намечается.

– С чего ты это взяла?

– Через полчаса по местному телеканалу брифинг главного санитарного врача города.

– Не думаю, что в нынешней обстановке он скажет что-нибудь хорошее. Скорее всего это будет ужесточение правил.

– Да, куда уже жёстче!

– Поверь мне – есть, куда.

– Ты уверен?

– Нет, конечно. Это я от вредности. А жесткач у нас, положа руку на сердце, ещё не начинался. Вот, когда, будем перебегать от угла до ближайшего дерева, опасаясь патрулей, тогда уже будет жесткач.

И, ведь, накаркал! В городе вводится полный карантин. Передвигаться по городу можно только до ближайшего магазина или аптеки и выгул домашних животных в радиусе ста метров. Исключение – только для экстренных и коммунальных служб. Всё! Приплыли! На фоне такой новости наше вынужденное сидение уже не показалось мне таким уж страшным. Практически, мы не так уж и ущемлены, по сравнению с другими жителями.

После брифинга сразу пошла краткая сводка обстановки по городу. Тоже весёлого мало. Выявили ещё один очаг инфекции. За последние полдня прибавилось ещё тридцать восемь человек и сейчас заражённых по городу стало тысяча двести шестнадцать. И ещё шестьсот три умерших. Число выздоровевших всего четыре, но это, скорее всего, совершенно случайные варианты. Медики во всём мире так и не разобрались, как, всё-таки, лечить эту гадость. Чрезвычайно мутагенный вирус. Только, вроде, нащупали вакцину, а он, раз, и мутировал.

Чтобы отвлечься от удручающей обстановки в городе, я переключился на мировые новости. Лучше бы не переключал. Шестьсот сорок четыре миллиона с лишним заражённых, летальных исходов восемьсот тысяч с копейками. И это без учёта стран, с которыми потеряна связь. А связь потеряна ещё с восемью государствами. Евросоюз распался, и сейчас каждая страна возводит по своим границам непроходимые кордоны. Похоже, весь мир летит в тартарары.