Zαδница Василиска

Помянул героические свершения предков, слегка погоревал об утерянной в бестолковщине гражданской войны воздушно-космической мощи, порадовался зубастости подрастающей смены и выразил уверенность, что при наличии такой смены восстановить утраченное будет несложно.

Все дружно кричали «ура!», причастные к процессу пустотники прикидывали цепочку карьерных перемещений, гражданские радовались халявному развлечению. Вновь назначенный капитан трофея подал госпоже адмиральше привязанную верёвкой бутылку шампанского.

Женщина, осознавая важность момента, гордо произнесла:

– Нарекаю тебя «Касаткой», – после чего решительно размахнулась и обрушила стеклянный сосуд на металлокерамику корабельного корпуса. Под звон стекла и громкое ликование зрителей по носовой части «Касатки» растеклась шипучая субстанция, которой ушлые парни, готовившие церемонию, заменили изготовленное французскими виноделами пойло. Капитан проорал команду, экипаж встал по стойке смирно и красиво дёрнул головами. Под музыку древнего государственного гимна на смонтированном перед церемонией флагштоке развернулся и пополз вверх белый флаг с синим крестом.

– Церемонии, – тихонько пробормотал Лобачевский, но тем не менее сильнее сжал пальцы поднесённой к козырьку фуражки ладони. Как и прочие присутствовавшие, он почувствовал подъём духа.

Экипаж «Тюленя» короткой шеренгой стоял на покатой палубе своего судна, но выглядел не столь выигрышно, как команды боевых кораблей, затянутых в чёрно-белые мундиры. Все, кроме капитана и инженера в армейской форме.

На Елене – китель цвета хаки, узкая того же цвета юбка до колен, коричневые лакированные туфельки на высокой шпильке и мятая фуражка без пружины – фирменный знак родного полка. Десантники стояли в чёрной с белыми кантами парадной форме своих частей, а Васильевич, в пику списавшему его когда-то с флота командующему, вырядился в найденную среди трофеев форму британского пилота без головного убора и знаков различия.

– Удобная, – пояснил он товарищам свой выбор, – карманов много.

А Бэргэн на церемонию не пошёл.

– Не люблю, – пояснил якут. – Воспоминания плохие.

Награды отличившимся в боях Кедров вручал без лишних свидетелей – присутствовали сами отличившиеся и несколько офицеров штаба. Аркадий получил новые погоны, ничего в сущности не менявшие в его положении, и орден Ушакова с мечами и бантом. Плюс нашивку за ранение в боевой обстановке. Экипаж тоже украсился орденами и медалями.