Все цвета радуги

Столько дел: сделать из меня позитивного человека, да ещё влюбить…

– Ты не беспокойся, – она направила в мою сторону резко выпрямленную ладонь, – лучше наслаждайся.

– Давай заключим пари, – зло прошипел я. Её спокойствие и уверенность неожиданно взбесили меня.

С довольной улыбкой она протянула мне руку. Её ладонь была небольшой, тёплой и мягкой. Она привстала, толкнула соседа спереди и попросила «разбить» спор. Сидевший перед ней Сашка обернулся, с любопытством посмотрел на меня и выполнил просьбу.

В этот день вторая лекция была последней.

Мы разошлись. По дороге домой я думал: «Как легко ей удалось втянуть меня в этот детский спор. Слово за слово я увлёкся разговором и согласился участвовать в сомнительном предприятии».

На следующий день мы встретились в фойе. Увидев меня, она дружелюбно помахала рукой, словно мы приятели с детства, подбежала и сообщила:

– Сегодня после лекций идём на прогулку! – эта фраза звучала не как просьба, а как констатация факта.

Я вспомнил о втором условии договора.

«Что натворил? Обещал выполнять все её просьбы-поручения. Впору мне беспокоиться о нарушении свободы и личного пространства. Кто знает, что взбредёт в голову этой чересчур энергичной особе? Может, чтобы поиздеваться, она спланировала всё заранее. Ладно, – утешал я себя, – в этом сомнительном предприятии я простой наблюдатель».

– Идём так идём. – Я пожал плечами.

Тогда я не догадывался, что это была верхушка айсберга. Можно было сообразить, что легко не отделаюсь, но самоуверенность – дурацкое чувство, притупляющее бдительность.

На большой перемене она, схватив под руку, потащила меня в одно из кафе, расположенных на втором этаже университета. Моего согласия эта особа не спрашивала. Когда я возразил, получил ответ, дескать, это её просьба. Ну, хотя бы попытался.

Оставив меня караулить столик, комок энергии направился к стойке, безапелляционно заявив, что выберет и купит всё самостоятельно. Мою попытку возразить она зарубила на корню взглядом. Чувствовал я себя глупо, но спорить с ней, на мой взгляд, было ещё глупее.

Через семь минут, вернувшись с шуршащим пакетом и двумя стаканчиками кофе в руках, она села напротив. Увидев кофе, я моментально почувствовал горький привкус, так не любимый мной с детства: словно пиявка во рту, высасывающая последние капли влаги.

– Я кофе не пью, – сухо констатировал я.

– Тогда иди и бери то, что пьёшь, – без тени смущения заявила спорщица.

«И это ответ?! – возмущался я, шагая к стойке.