Курьер-619 (Юпитер – Челябинск)

Джер с наслаждением умылся ледяной водой, хотя она имела отчетливый силикатный запах, и убедился, что кровотечение прекратилось. Он посмотрел в зеркало, где отразилась его тощая физиономия с серо-зелеными глазами, провел рукой по отросшему ежику, нахлобучил на него форменную фуражку и вышел в коридор.

Хотя дверь в кают-компанию была приоткрыта, он вежливо постучал.

– Заходи! – сказал мужской голос со старческой дребезжинкой.

Джер вошел и зажмурился от яркого света, слишком резкого после полутемного коридора.

Когда его глаза адаптировались, он рассмотрел присутствующих: возле Николетты стоял невысокий костлявый старик с абсолютно седыми длинными волосами. Молодой полный мужчина сидел в углу, уткнувшись в большой экран, спиной к остальному миру. Мужчина даже не повернул наголо бритую голову, чтобы посмотреть на вновь прибывшего.

Пилот легко вычислил, кто из присутствующих профессор Мамаев, и сказал:

– Здравствуйте! Я – Джер, курьер номер шестьсот девятнадцать. Сэр, вам посылка!

Он протянул профессору красивую радужную накладную.

Тот взял ее, быстро просмотрел и бросил на стол, уже заваленный какими-то листами, электронными деталями и киберпланшетами.

– Хочешь есть, Джер? – внезапно спросил он.

Юноша невольно сглотнул слюну. Он ел очень давно, даже при условии, что обогащенный сок из трубочки в противоперегрузочной ванне можно оптимистично называть едой. Обычно после рейса он покупал в космопорту и быстро проглатывал сэндвич гигантских размеров, но на Европе никаких ресторанов не наблюдалось – ни европейских, ни азиатских.

Профессор Мамаев все понял и сказал:

– Пошли, мы как раз собирались ужинать. Витторио, подежуришь еще часок? – сказал профессор, обращаясь к молодому мужчине. Тот кивнул не оборачиваясь.

Они перешли в соседний отсек, который оказался просторной столовой с киберкухней. Из микроволнового шкафа профессор вытащил тарелки с разлапистыми зажаренными кусками мяса, с горкой картофельного пюре и зеленым горошком – и расставил их на столе.

Джер сбросил свои сумки в угол, едва дождался, пока все сядут за стол – и набросился на еду. Он проглотил половину еды с тарелки – и только тогда вспомнил, что нормальные люди еду обычно запивают. Он покосился на бутылки с пивом, но налил себе минеральной воды.

«Как хорошо!» – подумал он, доев все дочиста и откидываясь на стуле, и вдруг заметил, что профессор с Николеттой внимательно и удивленно смотрят на него. Содержимое их тарелок было едва тронуто.