Неправильный Египет

Такие не могут нравиться порядочным гражданам… Коленька, я подарю тебе долгую беседу о том, к чему тебя так тянет, – и Анна улыбнулась. Она присела на подоконник и, словно Шахерезада, начала, – Это было смутное время… А впрочем, время, оно всегда смутное, но не будем отвлекаться.

– Я не готов! Я хочу остаться, – настаивал художник.

– Не нам решать, Николай, – дёрнула хрупкими плечами, как будто извиняясь, а, может, ей было всё-таки зябко, – не нам решать. И в этот день Бессонова не стало.

Бабки Егоровы, Матрёна и Ульяна, вязали.

Мотя отрезала литыми железными ножницами слишком длинную шерстяную нить. Окна задребезжали…

– Кто там, Улянушка?

– Это Анна.

– Опять летает?

– Летает. Месяц у неё урожайный, ноябрь всегда такой.

– И зачем летает? Выделывается! Побаловалась и хватит.

– Понравилось ей, как Николашка Бессонов-то её зафиксировал. Но давеча и его прибрала…

Анна распахнула дверь и не касаясь половиц вошла.

– Зачем? Зачем убеждаешь людей, что ведьмы есть, ведь их нет? В их мире вдоволь обмана.

– Это не обман, Матрёна, это красивая сказка, пусть она живёт. Все они станут прахом, а после – перегноем, а после – новой питательной энергией, но разве хочется кому-то в это верить? Люблю ноябрь, столько смертей! Наш приоритет, бабульки, – обновление планеты Земля и поиск предателей. А вы тут…

– Для нас последний земной год пошёл. Яхсис пытается скрыться. Тебе нужно его перехватить. Он должен всё отдать.

– Да. Работы много у меня, бабоньки. Бунтарей четверо.

Яхсис самый слабый из них, поэтому я и нашла его первым.

Тридцатое ноября 2017. Египет. Тома и её любовь

Тома смотрела в иллюминатор. Второй раз в жизни летит на самолёте. Обломки невысоких гор и песочных валов проглядывали сквозь взбитые облака, как корица в капучино. Сбежала. Подло? Она никому ничего не должна. У Светланы своя жизнь налаживается, Петр, кажется, её ненавидит (или она ненавидит его?), а матери она вообще никогда не была нужна! Хотя ребёнок… Ничего, вырастет – поймёт.

Может быть, если Ахмед будет не против, они смогут забрать Петю в Египет насовсем? Но, скорее всего, с Людой Пете будет лучше. Тома не хотела заглядывать в будущее так далеко.

Тома бредила романтикой, ждала с дрожью в ногах, что они будут лежать с Ахмедом, нежно прижавшись друг к другу, на теплом песке. Служка принесет им красивый коктейль, и она, слегка опьянев от напитка и от любви, будет смотреть на лазурное море и блуждающие вдали светлые кораблики.