Перестрелка. Год девяносто первый

– Мы же ни на кого нападать не собираемся…– заметил один из слушателей.

– И на нас никто нападать не собирается? – переспросил Сухов, – и тут же парировал, – Ещё как собираются. Просто боятся, потому и ищут всякие «звериньские» способы нас ослабить. Не зря же выдумали эту перестройку.

Неожиданно послышались шаги по лестнице – лифт уже отключили – и появился Световитов. Все, едва ли не хором, воскликнула:

– Ну что? Как там дела?

– Меры приняты. Меня не взяли с собой, решили, что должен быть здесь, возле, – и он кивнул в сторону своего номера.

– Пойду скажу жене, чтоб позвала, – сказал Сухов. – Но пока не расходимся, посидим немного. Так?

Никто не возражал.

А между тем, Теремрин и вся боевая группа выпускников СВУ готовилась к встрече врага. От одной из машин отделился человек и тихо сказал Евгению.

– Всё готово. Ликвидаторы уже в пути. Мы знаем, кто они и откуда. Отморозки. Можно не церемониться. Если что, их спишут.

– Я уж думал об этом и кое-кого ещё пригласил. Слежки нет?

– Нет, проверяли.

– Ну, мы пошли.

Они поднялись на нужный этаж. Дверь в квартиру открыли без звонка. Видимо, снизу уже сообщили.

– Григорий Александрович, а мы к вам в гости, – сказал Теремрин.

– Да уж не ждал… Но очень рад, проходите. Другие вот гости собираются, – сказал он, закрывая дверь.

– Почему же их нельзя сразу, внизу встретить и повязать? – спросил Теремрин у Евгения. – Зачем рисковать?

– Мы не знаем, сколько их. Спугнём этих, могут прислать других. У нас формальных оснований не будет для разговора с некоторыми товарищами из наших же бывших сослуживцев. Всё ведь поделилось на «красных» и «белых», – пояснил Евгений.

В этот момент зазуммерила радиостанция:

– Началось. Поднимаются четверо, – доложили снизу.

– Приготовились, – сказал Евгений.

Теремрин послушно ушёл из коридора и услышал за спиной звонок в дверь. Евгений баском ответил, стоя за углом:

– Кто там ко мне пожаловал?

И тут же за дверью послышались хлопки, и пули, пробив дверь, вонзились в стенку в конце коридора. Евгений, прячась там же, за углом, громко охнул и стал стонать.

За дверью, видимо, посовещались, затем все четверо разом ударились об неё с разбегу.