Туркестанский крест

Всё внутри тебя, целый мир, он безграничен. Надо лишь научиться слышать и понимать его. Не всем дано, а ты попробуй.

Тебе не суждено погибнуть на войне, вражеские пули облетят тебя стороной, но и победа не принесёт тебе счастья… Твои подвиги люди не оценят по достоинству, либо вообще не узнают о них, но Судьба наградит тебя! Она преподнесёт тебе царские подарки. Правда, потом ты уже и не разберёшь, награда это была или кара… В жизни всё так сложно…

Судьба не обделит тебя любовью красивых женщин, но лишь три красавицы полюбят тебя по-настоящему, полюбят больше собственной жизни.

Ты отличишь их от других с первого взгляда, но помни: большая любовь и счастье – не одно и то же.

У первой красавицы будут такие же синие глаза, как у тебя. На ней ты женишься. У второй глаза будут, как у меня, тебе предстоит спасти её. У третьей глаза будут карие, и она спасёт тебе жизнь… – Эсмеральда смолкла, о чём-то задумавшись.

– Скажи, когда я встречу свою синеглазую невесту? – слова сами сорвались с языка Максима.

– Ты её уже встретил.

Вы с ней даже на свет появились почти одновременно в одном и том же роддоме, она и выйдет за тебя замуж. В свой срок это обязательно произойдёт, никак мимо не проскочит! Это же твоя судьба. – Устало ответила ему «не цыганка-сербиянка», видимо напряжение, с которым она смотрела сквозь года, давало о себе знать. – Уходит время, оно, как жёлтый песок на берегу бешеной горной реки, как вода… меж пальцев…

– Детей у нас с ней, сколько будет? – не зная, о чём ещё спросить, поинтересовался Максим.

– Судьба дарует вам девочку и мальчика. Спрашивай самое важное, время тает, как воск свечи, остановить его надолго невозможно. Вряд ли ты ещё хоть раз встретишь меня в этой жизни. Последний вопрос… – лицо Эсмеральды стало бледным, в глазах вспыхнул лихорадочный блеск.

Видимо, не дано знать человеку наперёд, что в его жизни самое важное. Максим задумался, но времени на раздумье не было.

– Скажи, когда, где и с кем мне предстоит воевать? – неуклюже сформулировал он свой вопрос.

Эсмеральда сомкнула ресницы, бледность накрыла золотистый оттенок загара на её лице. Максиму вдруг показалось, что она в тот момент мысленно пронеслась по местам его будущих сражений.

– Уже скоро. Враги немилосердны. Вижу две войны… Скалы, жара… Липкая, горячая кровь на раскалённых камнях… Зной и духота, как в аду. Запах горелого металла и разорванных тел… Похоже на ад. Но это не ад… Нет никакого ада, он внутри… Третью войну не вижу, только чувствую.